— Все согласно описи, — Рязанцев брезгливо смотрит в мангал. — Ноутбук бэу, съемный диск с похабной маркировкой, красная флешка, серебристая флешка, два телефона. Материалы отсматривать будешь?

Отшатываюсь:

— Нет! Воздержусь.

— Правильно, нормальному мужику на такое даже пыриться — зашквар. Жора, плесни-ка бензинчику…

Пару минут спустя из мангала валит черный дым. Изящный двор заполняется отвратительной вонью горящего пластика. Вскоре в мангале остаются только покрытые копотью железки. Жора бензина не пожалел, так что ни у байта данных шансов не осталось.

Рязанцев, не говоря ни слова, поворачивается и возвращается в дом, в гостиную. Мне не остается ничего, кроме как тащиться за ним. Возвращается ощущение, что настоящие проблемы у меня еще только впереди.

Девица с приторно-розовой помадой на губах и ненатурально белыми волосами, доходящими до туго обтянутой юбкой жопы, вносит серебряный подносик с двумя бокалами. Рязанцев рассеянно хлопает ее по заду. Девица широко лыбится, но глаза ее остаются холодными.

В бокале вискарь. Рановато, и мне же еще машину вести… Впрочем, никогда не стоит отказываться от подарков человека, с которым нужно установить контакт. Потому у клиентов я всегда пью то, чем они угощают — обычно жидкий чай из сомнительной чистоты кружек, а пару раз пришлось оскоромиться растворимым кофе, от которого потом ныл желудок. Тут хотя бы вискарь приличный…

— Ты сейчас думаешь, Саня — и что же мешало мне снять копии, чтобы потом тебя шантажировать?

Пожимаю плечами. Ну да, промелькнула такая мысль. Рязанцев сам отвечает на свой вопрос:

— Здравый смысл мне помешал. Я хоть и простой провинциальный бизнесмен, а на кого ты сейчас работаешь, представляю себе. Мне проблемы на ровном месте не нужны. Понимаю, ты можешь на слово мне не верить. Потому предлагаю вот что: воспользуйся Даром. Я разрешаю. В моих интересах тебя убедить, что я не держу фигу в кармане.

Вон оно что — Рязанцев кое-что знает обо мне, однако явно не все.

— Я верю тебе, Павел Михайлович. Потому не буду использовать Дар. Нет в том нужды.

— Что же, как знаешь… Дело твое. Я только хочу, чтобы претензий ко мне больше не было.

— У меня нет к тебе претензий.

Рязанцев, присербывая, отхлебывает виски. Повисает пауза. Похоже, хозяин дома спецом мне нервы мотает. Не выдерживаю:

— За мной должок, как договорились. Сейчас стребуешь или на потом отложим?

— Жизнь — штука непредсказуемая, Саня… как говорили древние, фортуна переменчива. Так что не будем откладывать в долгий ящик. Да ты не тушуйся, ничего криминального я не потребую. Я ж рамсы не путаю, знаю, с кем дело имею. Работа… она вроде бы по твоей специальности. Хотя не совсем.