Кроме всего этого мне пришлось наложить защитные руны на десять деревоземляных укрытий, где могли бы спрятаться от артобстрела или авианалёта несколько сотен человек. Чуть позже, если враги предоставят ещё такую же большую передышку, я добавлю к ним столько же.

— Товарищ Глебов, — меня оторвал от размышлений комиссар. — У меня для вас отличная новость.

— Какая же?

— Вот, — он вытащил из кармана чуть помятый обычный спичечный коробок и протянул тот мне. — Драгоценные камни, как и просили.

— Ну-ка, ну-ка, — заинтересовался я, принимая презент.

Внутри лежали несколько серёжек и колечек с разноцветными драгоценными камнями и жемчугом. Среди небогатого выбора под мои нужды подошли четыре камушка — бриллиант и три сапфира.

— Возвращаю, — я вернул коробок обратно Маслову. — Жемчуг мне не подходит, а прочие слишком мелкие или камни с крупными дефектами.

— Хм, — тот положил его в карман и покачал головой. — Даже не мог представить, что важны такие мелочи.

— Вы просто не имеете представления о других мелочах. В магии они играют, куда большую роль, чем во всех остальных сферах жизни.

Потоптавшись рядом несколько минут и задав десяток маловажных вопросов, комиссар удалился, оставив меня одного со своими проблемами и делами.

Одним из этого была идея создания голема. Её мне подкинул Эдуард Соломонович Ройман, один из еврейских ополченцев. Он легко и просто принял тот факт, что я не простой человек и даже, скорее всего, совсем не человек. Смог вытянуть из меня пять защитных амулетов и две артефактных винтовки (вот же тип! Сразу видна кровь сына Израиля… хм… будущего Израиля или прошлого? Если мне не изменяет память, то Израиль и в далёком прошлом был). И между делом поинтересовался тем, а не могу ли сотворить Пражского голема. И тут же рассказал историю о том, как в шестнадцатом веке в Праге один раввин и по совместительству ещё и каббалист создал волшебное и неуязвимое создание из глины и свитка с письменами (шем), которое назвал големом. Тогда евреев сильно притесняли немцы и чехи, запрещали покидать гетто, которое было отведено им для жизни. И во сне раввину Бог подал идею создания защитника. Якобы тринадцать лет голем защищал (читай — убивал врагов еврейской общины) евреев от притеснителей, пока однажды из-за ошибки раввина не вышел из-под контроля и не начал всё крушить вокруг. Его создатель едва успел его усыпить навсегда, пока тот не начал убивать тех, которых был обязан защищать. И под конец этой истории Эдуард сказал, что может мне помочь с письменами для голема. От шема я отказался, а вот идею решил взять на вооружение. Она плотно засела в моей голове, и даже когда занимаюсь амулетами и оружием, все равно мысли только о магическом воине. Осталось только придумать как его создать, так как в Книге имелось слишком много заклинаний — от элементальных големов, до механических и оживленных путём вселения чужой души.