— Ну-ну.
Она пожала плечом и пошла к больничному крыльцу.
Ординаторская комната в хирургии также прошла через капитальный ремонт, как и остальные внутренние помещения. И была оборудована по всем правилам и даже с учетом дополнительных пожеланий.
У каждого врача имелся собственный рабочий стол с оргтехникой и выходом в интернет. Телефоны с местной связью и IP — телефоны, связанные с интернетом. Вдоль стены располагались шкафы с литературой, документацией, бланками выписок и справок. Присутствовал отдельный стол для заведующего отделением, за которым шеф проводил (теперь уже «проводила») общую отделенческую планерку каждое утро. На этот стол складывались истории болезни выписных больных, с выписками и больничными листами. По стенам-углам были раскинуты диван, кресла и стулья, а также журнальный столик.
Справа от входа имелась дверь в отдельную врачебную комнату, где врачи переодевались для работы, оставляли вещи и сумки. Там же можно отдохнуть во время ночного дежурства. Ибо врач имеет право на сон, а после ночного дежурства врачи снова работают целый день. В отличие от медсестер, которые работают без права сна, так как уходят со смены домой. Во врачебной комнате имелся холодильник, буфет с посудой и микроволновка.
— О, начальница подъехала!
Невысокий интерн со стильной прической стоял опершись о подоконник и наблюдал в окно за подъезжавшими машинами. Это был Олег Сахно. Через минуту снова подал голос:
— И Конг подрулил рядом. Хы! Сидит, не выходит.
Только что вошедший Глухов оживился и тоже подошел к окну. — Интересно, что у него за тачка? Олег, ты наверно в курсе?
Тот снисходительно усмехнулся. — Конечно в курсе. Это Кадиллак Escalade. И похоже что люксовой комплектации.
— Сколько он стоит?
— У нас лямов под пять. В Москве подешевле.
Глухов широко улыбнулся. — О-хре-неть. А чего он не выходит-то?
Сидящая на диване черноокая красавица сардонически подняла брови.
— Он страшно боится прийти хоть на минуту раньше. Его огромное нежное сердце не вынесет такого удара. Еще четыре минуты будет сидеть.
Глухов кивнул. — Похоже на то. Это мы на полчаса раньше прибегаем. А Конгу всё фиолетово.
В комнате помимо интернов находились трое врачей. Они тоже имели привычку приходить пораньше. Лебедев — самый старший и заслуженный, Селезнев и самый молодой — Лерман. Ему было всего 36 лет. Врачи уже успели переодеться в соседней комнате и подключившись к общему компьютеру, начали проходить по всем своим больным. Что у кого случилось за ночь. Для обхода, который начнется в 9−00, надо спланировать — кто сегодня на выписку, кому нужны консультации специалистов и т.д. Распечатать список больных, сделать в нём пометки… да много чего.