— Извините, не углядела.
— Внимательней надо. Прозерин и нитрат серебра покажи.
Заведующая удостоверилась, что на эти «нежные» препараты не попадает солнечный свет. Затем — к спиртовым настойкам и экстрактам. Проверяла плотность крышек. Ибо при испарении раствор станет перенасыщенным, что может привести к передозировке.
Закончив проверку, вышла в коридор и собралась к себе, но передумала. Надо зайти к Хоршеву. Он почти полностью восстановился после комы и через денек можно «выпускать». А что дальше? Этот вопрос до сих пор витал в воздухе. При одной мысли, что он снова укатит воевать… Нет, этого допустить нельзя! Надо оставить его при больнице. Любой ценой.
Ирина уже общалась с главврачом по этому поводу. Ситуация была такая. Согласно трудовому кодексу, если сотрудник пропал и не выходит на связь, уволить его невозможно до установления причины его отсутствия. Срок такой неопределенности — до года. Вот и отлично. Так как заявление Хоршева насчет «медицина это не моё» постигла печальная участь в мусорной корзине, он до сих пор продолжал числиться как интерн. Разумеется без выплаты зарплаты.
Интернатура заканчивается сдачей экзамена. То есть, ему всего лишь надо подучиться и сдать оный экзамен. И тогда он вполне мог бы остаться работать в больнице. Главный пообещал, что выбьет дополнительную ставку в хирургическом отделении.
— Не для того мы его вытащили, чтобы он из больницы ушел. С такими-то способностями! Тут ему самое место. Пусть людей лечит, а не убивает.
Так что в этом плане все было решаемо. Но вот что решит сам Хоршев… тайна покрытая мраком. Понять, что у него в голове — нереально. Вот надо этот вопрос и прояснить, пока не поздно.
Но был и еще один вопрос. По поводу странных анализов. Ирина долго размышляла — надо ли заводить разговор на эту тему. И пришла к выводу, что лучше не стоит.
— Пожмет плечами и уедет обратно, вместе с Пумой. Оно надо?
В конце концов, это его личное дело — чего он там себе ввел. Может его инопланетяне похищали? Да какая разница? Ни к чему это поднимать, хорошего не выйдет. Он только-только «очеловечиваться» начал, словно душой оживать. С родителями сошелся заново. А тут допросы какие-то. К этой теме можно вернуться позже. А пока забыли-проехали…
* * *
Зайдя в палату, она обнаружила Хоршева за просмотром новостей по телевизору. И как назло шли «вести с полей». В смысле с фронта. Ни одни новости не обходились без боевого блока. На экране пресс-секретарь военного командования ДНР Эдуард Басурин уныло-монотонно зачитывал сводку. — Ну что за беда…