Проводив взглядом исчезнувшего в переулке вора, Ваня негромко спросил:

— Ксюш, как думаешь, какого лешего источник пожелал, чтобы мы пришли в Рикаон? Должна же быть причина этого!

— Не знаю, — пробурчала девушка. — Но мне этот гадкий мирок активно не нравится. Какой-то он… гнилой, что ли?

— Знаешь, похоже. У меня он тоже оставляет послевкусие, словно сгнившее изнутри яблоко откусил. Гадость редкая.

— У меня примерно то же самое, — проворчал Иван Зурабов, уроженец Земли-3, где рос в уличной банде и был подобран Уйдо, когда, жестоко избитый, умирал в подворотне. — Не мир, а сплошная гниль. Даже у нас дома такого не было, чтобы какой-то маг казнил девчонку за отказ дать ему. Да и люди тут… какие-то неправильные. Вот Кайлах был правильный, а вот эти вот все, — он повел рукой вокруг, — искореженные какие-то. От них не просто гнилью, а могильной жутью веет.

— Точно, — подтвердил Бенг, истриец. — У нас, сами знаете, войны постоянные, все против всех, но такого ощущения безнадеги и в помине нет.

— Я больше скажу, — хмуро добавил Айти. — У меня один из даров — магия Жизни. А здесь я словно в склепе оказался. Нет здесь жизни. Вообще! Местные маги все погубили. По-моему, источник уже не может здесь находиться и просто хочет уйти. Что это за источник? Ты можешь быть уверен, что это не отражение первого? А вы его хранители. Вот вас и позвали, чтобы вы разрулили ситуацию.

— Интересно, как мы можем ее разрулить? — почесал в затылке Ваня. — Мы, конечно, учились работе с источниками, но…

— Давай не спешить, — предложила Ксюша. — Пройдемся по городу, посмотрим, как тут живут, своими глазами. Только…

— Что?

— Мне кажется, не надо скрывать, что мы маги. И если придется защищаться, то защищаться всеми силами.

— Дельная мысль, — кивнул Иван Зурабов.

Они двинулись по одной из радиальных улиц, выходящих с портальной площади, вокруг которой и был построен город. Дикая роскошь соседствовала тут с откровенной нищетой, многие горожане походили на живые скелеты, видно было, что голодают. И тут же рядом море любой еды на выбор, которую голодные провожали тоскливыми взглядами, но ни один не решался не то что украсть, а даже попросить объедки. Вскоре стало ясно почему — за попытку просить милостыню человека охаживали палками охранники, пока он не переставал двигаться. Труп споро утаскивали какие-то юркие личности и разделывали в ближайшем переулке. Затем из этих переулков начинало тянуть жареным мясом. Когда до станционеров дошло, что это за мясо, Ксюшу и Асти едва не вырвало. Они здесь еще и каннибалы!