— Кто-то действительно спускался сюда. И что-то бросил в воду.
Прошка перекрестился.
— Надо властям сообщить. Запечатать колодец.
Демьян кивнул. Но сначала…
Он обернулся. У края площади, в тени церковной стены, мелькнуло движение. Он напрягся, рука потянулась к револьверу.
— Кто там?
Тишина. Потом из тени вышла фигура. Маленькая. Ребёнок.
Мальчик лет десяти, в рваной рубахе и штанах. Босой, грязный. Худой, как скелет. Он стоял, смотрел на Демьяна большими испуганными глазами.
— Не бойся, — сказал Демьян, отпуская револьвер. — Иди сюда.
Мальчик не двинулся.
— Он не один, — прошептал Прошка.
Демьян посмотрел внимательнее. Из тени выглянули ещё двое. Девочка — младше, лет семи. И ещё один мальчик — подросток, лет тринадцати. Все трое грязные, оборванные. Сироты.
Демьян медленно присел на корточки, чтобы быть на их уровне.
— Вы здесь живёте?
Старший мальчик кивнул.
— Под мостом. Там теплее.
— Вы из этого колодца пили?
Мальчик кивнул снова.
— Все пьют. Вода бесплатная.
Демьян сжал зубы. Значит, половина города может быть заражена.
— Слушайте меня внимательно. — Он смотрел на детей серьёзно. — Из этого колодца больше не пить. Совсем. Вода отравлена. Понятно?
Младшая девочка всхлипнула.
— А где тогда воду брать? Другие колодцы далеко.
Демьян достал из кармана кошелёк. Там оставалось немного — пара серебряных монет. Он протянул старшему мальчику.
— Вот. Купите воду у торговцев. На неделю хватит. И скажите другим детям — не пить из этого колодца.
Мальчик смотрел на монеты, не веря.
— Правда можно взять?
— Бери.
Мальчик схватил монеты, спрятал в карман. Девочка улыбнулась — первая улыбка.
— Спасибо, барин.
Демьян встал.
— Идите. Быстро.
Дети побежали прочь, исчезая в темноте переулка.
Прошка вздохнул.
— Барин, последние деньги отдали.
— Не твоё дело.
Демьян обернулся к колодцу. Надо осмотреть ещё раз, найти улики. Может, кто-то видел того человека в капюшоне…
Он замер.
На краю площади, у дома, где они прошли час назад, валялся труп. Работяга, которого они видели — в рабочей одежде, с бубонами на шее.
Только тогда он лежал у стены.
Сейчас — на мостовой. Метрах в пяти от прежнего места.
Демьян медленно повернул голову.
— Прошка. Труп переместился.
Старик проследил за взглядом. Побледнел.
— Господи помилуй.
— Может, кто-то перетащил?
— Зачем? И кто?
Демьян шагнул вперёд. Осторожно. Рука на рукояти револьвера.
Подошёл ближе. Труп лежал ничком. Неподвижный.
Демьян толкнул его носком сапога.
Ничего.
Он наклонился, схватил за плечо, перевернул на спину.
Глаза открыты. Мутные, белёсые.
И они смотрели прямо на Демьяна.
— Чё…
Труп дёрнулся. Рука взметнулась — быстро, неестественно быстро — и схватила Демьяна за запястье.