— Ладно, какая, в принципе, разница? — улыбнулся я, и погладил зверька по голове. — Я так понимаю, ты теперь планируешь со мной везде тусить, да? Надо тебе имя тогда придумать, что ли… Антон? Антоха. Ну типа античит — анти — ант — Антон. Нет?

Античит на меня посмотрел так, что сразу стало ясно, что Антоном ему быть не нравится.

— Ладно. — я пожал плечами. — Тогда может Тич? Тич-Стич… Стич! Как насчет Стич?

Античит снова посмотрел на меня, но на сей раз в его глазах явственно читалось сомнение. Ну, или мне хотелось, чтобы оно там читалось.

— Ладно, пусть будет Стич пока что. — я махнул рукой. — Если придет в голову что-то получше, то переименуем тебя. Не паспорт же менять, в самом деле, и даже не хад перепрограммировать.

Античит перетопнул с ноги на ногу и сунул голову под крыло, словно ставя тем самым точку в разговоре.

— Это да, это нужно. — согласился я, наконец ложась на кровать, так, чтобы Стич оказался в ногах. — Я, собственно, как раз это и собирался сделать.

Стич уже не раз доказал, что не планирует причинять мне какой-то вред (а то и еще больше — вообще не может?) поэтому я спокойно закрыл глаза и провалился в сон, ровно на три часа.

Когда я проснулся, все тело болело и ныло. Обезболивающие, которое мне вкатила Линда, мягко и ненавязчиво отпустило меня прямо во сне, поэтому, открыв глаза, я ощутил всю гамму неприятных эмоций.

Да уж, хорошо, что я решил поспать и никуда не ехать сломя голову. Было бы очень не круто, если бы анестезия отпустила меня где-нибудь в трясущемся багги на середине пути к складам Ассамблеи. Думается мне, я бы тогда проклял вообще все на свете.

В таком состоянии мне явно не светит отправиться никуда дальше зала бара, чтобы подкрепиться… Ну, максимум — до Механика дойти, чтобы забрать автомат и рассчитаться с ним. Это, кстати, приоритетная задача.

Стич все так же спал, спрятав голову под крыло, но, едва только я спустил ноги с кровати, буквально через силу, превозмогая боль, он тут же встрепенулся и сонно заморгал, пытаясь сфокусировать взгляд на мне.

— Я скоро. — пообещал я. — Давай я тебе окно оставлю открытым — если что, ты улетишь. Договорились?

Стич внимательно проследил, как я отодвигаю в стороны жалюзи и открываю окно, тихо, но отчетливо угукнул, и снова спрятал голову под крыло.

Убедившись, что теперь со зверем ничего не произойдет, даже если по какой-то причине я не вернусь сюда, я вышел за дверь и спустился на первый этаж. Большинство посетителей уже разошлись, подтверждая мою теорию о том, что это были просто загулявшие забулдыги, и большинство столов были пусты. Я поймал взгляд Мигеля из-за барной стойки, кивнул ему в ответ на вопросительно поднятые брови, показал большой палец и сел за столик в углу.