— Если все обсудили, то предлагаю на этом закончить пока что. — подытожил я спустя еще несколько минут важных и не очень важных вопросов. — Надо снаряжение привести в порядок, пушки почистить. Бк набить. Раненых в строй привести. Надеюсь, у вас найдется, чем быстро привести в порядок трехсотых? Читы какие-нибудь?

— У нас все есть. — Лион махнул рукой. — За это не переживай. Процентов восемьдесят тех, кто сейчас в госпитале, завтра уже будут в строю.

— Ну добро. — я даже не заметил, как из меня вырвалось любимое словечко Скит. — Тогда расходимся пока что, держим связь. В четыре часа утра сбор.

— По классике. — ухмыльнулся Лион, и взялся за рацию. — Горо, я Лион. Зайди ко мне.

Через минуту в кабинете уже стоял плюгавенький мужичок в форме расцветки ЕМР и подобострастно смотрел на Лиона.

— Выдели этим джентльменам по комнате. — распорядился Лион. — До завтрашнего дня это мои гости, поэтому их желание — мое желание. Все ясно?

— Так точно, командир! — Горо козырнул. — Прошу за мной, господа.

Обменявшись рукопожатиями с Лионом, мы вышли из комнаты и буквально нос к носу столкнулись со Скит. Легка на помине!

— Мать вашу! — ахнула она, быстро оглядев с головы до ног меня, а потом и Медведя тоже. — Тебя вообще нельзя оставлять одного! Что тут произошло⁈

— Содом и Гоморра. — прогудел Медведь, проходя мимо Скит. — То еще зрелище, не для маленьких девочек.

— Забей. — я улыбнулся. — Центурия вздумала пощупать Ассамблею как раз в тот момент, когда тут был я. Им на беду.

— Бред какой-то! — Скит покачала головой. — Центурия и Ассамблея столько лет жили в плохом, но мире, а тут!.. Да еще этот!.. Я его вспомнила — это же он был командиром группы, которая приехала в четырку разбираться с биотом! Почему он тут⁈

— Он больше не с ними. Теперь он с нами. — я взял Скит за руку и потянул за собой. — Пойдем, поговорим в нормальной обстановке, нечего в коридоре торчать.

Следующие полчаса мы провели в комнате, выделенной мне, за обедом, который без вопросов принес все тот же Горо. Медведь ушел в свою комнату готовиться к завтрашнему дню, и мы со Скит остались вдвоем. Поглощая горячую наваристую уху (и где они только рыбу берут?), я рассказал девушке обо все, что произошло после того, как она уехала, и ей осталось только покачать головой:

— Вот дела… А я-то думала, что за выстрелы и грохот… Ну, знаешь, на пустоши звуки далеко разносятся. Как услышала, сразу развернулась и обратно поехала, но я уже прилично успела к тому моменту удалиться.

— И это хорошо. — серьезно ответил я. — Если бы ты приехала в разгар боя, боюсь, тебя бы в горячке приняли за подмогу центурионам, и просто сожгли бы.