Чем ближе я подходил, тем понятнее становился темный силуэт, который неведомая сила Аномалиона то ли тащила сюда из какого-то другого пространства-времени, то ли создавала с полного нуля — поди разбери. Это оказался лес. Целый лес огромных, высоких, величественных деревьев, стоящих настолько плотно, что даже на уровне верхушек через ветви не пробивалось ни лучика солнца.

Фиолетовые всполохи над кронами деревьев перестали полыхать минут через семь после того, как я начал свое к ним движение. Даже хад подтвердил, что генерация завершена новым сообщением, и, прочитав его, я снова обратился к античиту:

— Видишь, я же говорил. Все закончилось. Можно идти напрямую.

Античит угукнул и мы пошли напрямую.

Но, чем ближе мы подходили к лесу, тем яснее я понимал, что что-то тут не так. На то, что лес начинался резко, без какого-то намека на опушку, я даже не обратил особого внимания. Как еще ему начинаться, если его сюда буквально вырезали каким-то невероятным ножом и просто вклеили заплаткой на другое место?

Напрягало меня скорее то, что какая-то опушка у леса все же была. Но, в отличие от всех нормальных опушек, к созданию которых приложила руку природа, эта явно была создана человеческими конечностями. И, вместо травы и невысоких кустарников, которые обычно предваряют вход в дремучие леса, здесь располагались сплошные пни.

А под самими деревьями вполне заметно копошились люди.

Увидев это, я моментально упал на землю, отчего острые грани хеликса больно врезались в тело, и застыл. Аномалион уже много раз намекнул, что люди — это чаще всего неприятности и опасности, а уж там, где только что произошла генерация, вероятность этого возрастает на порядки.

Жаль, нет никаких приборов наблюдения. Ни бинокля, ни монокуляра, ни даже прицела с магнифером… Хотя сейчас я бы и на магнифер отдельно согласился.

Но чего нет, того нет. Поэтому я просто приложил ладонь ко лбу, чтобы солнце не сильно слепило, и присмотрелся к лесу, пытаясь хотя бы по движениями людей понять, что они там делают.

И что самое интересное — они ничего не делали. Большинство из них просто сидело на пнях, и только малая часть ходила туда-сюда, между ними и лесом, то ли что-то оттаскивая, то ли наоборот — притаскивая. Хотя нет, все же оттаскивая — на моих глазах одна из фигур поднялась, взяла что-то из-под ног (что-то, очень отдаленно напоминающее оружие), и пошла к ближайшему дереву. И через полминуты раздался очень характерный и присущий только одному инструменту звук.

Жужжание бензопилы.

Лесорубы! Черт возьми, это же лесорубы, или лесопилы, как их правильно назвать? Вот и дерево, к которому подошел лесоруб, как раз затрещало и начало валиться на землю! Ну точно лесорубы!