Я улыбнулась, глядя, как сквозняк играет каштаново-серебристыми прядями.
Стоп. Откуда сквозняк?
Сердце упало. Я приподнялась на локоть и заглянула через плечо Ксейдена.
— Нет-нет-нет, — зажав рот ладонью, я оглядывала масштаб разрушений. — Кажется, я выбила тебе окна.
— Если только кто-то еще рядом не мечет молнии, да, это была ты. Теперь поняла? «Просто взрыв», — рассмеялся он.
Я охнула. Вот почему он перенес меня на бок — закрыл от моих же собственных разрушений.
— Прости, — я поискала другие следы катастрофы, но обнаружила только стеклянный песок на кровати. — Надо научиться брать это под контроль.
— Я поставил щит. Не переживай. — Он притянул меня для поцелуя.
— Что нам делать? — Вставлять окно — это не просто заменить шкаф.
— Прямо сейчас? — Он снова ласково заправил волосы мне за ухо. — Если мы еще считаем, это был второй, я бы предложил прибраться, вытряхнуть стекло из кровати, а потом довести тебя до третьего, а то и четвертого, если еще будешь в себе.
У меня отпала челюсть.
— После того, как я разбила тебе окно?
Он улыбнулся и пожал плечами .
— Я нас подстрахую на случай, если перейдешь к комоду.
Я окинула взглядом его тело — и во мне снова разгорелась жажда. Да и как иначе, когда он выглядит так, будто его благословили боги, а я чувствую себя так, будто боги благословили и меня?
— Да, давай третий.
Мы дошли до пятого — Ксейден держал мои бедра, а я оседлала его и водила пальцами по черным завиткам метки на его шее. Сегодня мы словно не могли остановиться, не могли насытиться.
— Это правда красиво, — сказала я, поднимаясь только для того, чтобы опуститься снова и ощутить его в самой глубине.
Его темные глаза полыхнули, руки напряглись.
— Раньше я считал это проклятием, но теперь понимаю, что это дар.
Он выгнул брови и нашел новый, совершенно божественный угол проникновения.
— Дар? — Боги, он лишал меня всех мыслей.
В дверь застучали.
— Идите на хрен! — рявкнул Ксейден, взяв меня за плечо для следующего движения.
Я упала вперед, пряча стон в его шее.
— Я бы хотел, да не могу, — в голосе слышалось столько сожаления, что я ему поверила.
— Чтобы подняться из этой постели, надо не меньше, чтобы кто-то умер, Гаррик, — бросил Ксейден.
— Кажется, до хрена народу умерло, поэтому на построение и созывают весь квадрант, придурок! — крикнул Гаррик.
Мы с Ксейденом застыли, столкнувшись взглядами в изумлении. Я скатилась с него, и Ксейден накинул на меня одеяло, после чего сунул ноги в кожаные штаны и двинулся к двери.
— Какого хрена ты там несешь? — спросил он в крохотную щель.
— Хватай летные доспехи, и Сорренгейл тоже тащи, — сказал Гаррик. — На нас напали.