Игра в игре.
— Мы зовемся Шутами Принцессы! — горделиво вскинул подбородок юноша. — И если не мы, то кто будет самым преданным кланом? — Отдельный поклон для Асити. — Простите, мисс, что заставил сомневаться в себе.
— Шуты, — уронила смешок Вердо. — Зачем тебе моя помощь, Авики? — покосилась она на связанных повстанцев, коих волоком тащили в помещения театра. — Хе, ты все сделал сам.
— М-м-м, — свела брови домиком Виви. — И меня обманул, — надула она щеку.
— Прости, цветочек, — искренне расстроился Авики. — Мы плясали на грани.
— Я с тобой не разговариваю… — отвернулась альбиноска.
— Ну, цветочек! — пробовал он заглянуть ей в лицо, но девушка снова и снова отворачивалась.
— Ладно, — выдохнул я. — Тут мы выиграли. — Меня быстро отпустило. Зеленые такие Зеленые. Сумасбродные планы, оборачивающиеся шоу. — Что дальше?
— А дальше… — мрачно посмотрел Торн в сторону главных ворот. Их было не видно отсюда, но его взгляд стал поистине серьезен. Будто он видел что-то сквозь дерево с камнем. Он сжал рупор. Ждал нового итога.
Тем временем
— Закономерный итог! — стучала тростью Завиток, шагая по опустевшей площади. — Раз ты здесь, — остановилась она и прокрутила трость. Громкий стук, руки, сложенные на голове горгульи, — значит, эти кретины проиграли. Да? Госпожа Перу?
Напротив неё стояла старшая Ватзбери, щелкая веером. По этому сигналу показались новые Шуты. Духи всех мастей окружили Серую. Луки, мечи, когти, магия. Завиток была спокойна, улыбочка не сходила с ее губ.
— Все кончено, Авиктанна. — Злой оскал. — Мы вскрыли всю ячейку недоразумения под названием «Повстанцы». — Веер раскрылся. Прямо сейчас «Шелковый поцелуй» проводил облаву на точки заговорщиков. — За тобой следили, каждый твой шаг, каждое слово. Я все знаю, предательница. Все.
— О как, — натянула перчатку Завиток.
— Прискорбно, что твой муж и сын погибли в результате игры. Но…
— Прискорбно?
На сгущение Тьмы картежники вокруг среагировали моментально.
Стрелы, магические снаряды, зубы, оружие. Все обрушилось на Серую. Пелена подвижной Тьмы сковала женщину — и вместе с тем не пропустила никого. Ей было тяжело, сдавило со всех сторон. Картежница упала на колено. Она терпела, боролась, сжимала зубы.
А перед ее глазами вставали картины минувшего.
Домик в глуши. Свой сад. Муж вспахивает поле. Мальчик, который только-только стал мужчиной, улыбается ей. Затем картина сменилась ночью. Горящий дом, горит и поле. Тело мужа лежит рядом с телом сына. Он пытался защитить, пока Авиктанна ходила в город за продуктами. Они не выдали, кто скрывается под выдуманным именем Тория. Они хотели сберечь то немногое… что называлось мирной жизнью.