— Турнир, дорогуша? — поддержала хозяйка поместья.
— Он самый, — налил король новый бокал.
— В хорошее время ты прибыл, милый Торн, — ехидная ухмылка. — Погорелый скоро начнет подготовку к представлению Эшафота.
— У-у-у, воистину хорошее! — возбудился Авики.
Черт… И ведь госпожу не спросить, о чем речь.
— Эшафот, — хрустела печенюшкой Виви, — большое представление, — пояснила она вполголоса. — В нем участвуют Серые и Шуты, чтобы возобновить или получить благословение Бранны, — облизнулась девушка. — Шанс окраситься в Зеленый цвет.
— Почему Эшафот?
— Потому что смерть нередко посещает это мероприятие, — вмешался Долтон.
— Ох! — обнял сам себя Парсия. — Сначала идут творческие таланты. Песни, танцы, спектакль! — прицокнул он языком. — А затем бои духов.
— Кстати, насчет духов, — закурила Асити. Говнюк Долтон, поерзав, придвинулся к ней еще ближе. — Не могла не заметить, но в округе очень много Серых игроков, даже попытка нелепого ограбления сопровождалась духом, — затянулась и выдохнула она. — У вас что, по улицам прошлись Красные?
Тот самый варварский метод Кровавых Охотников. Любой, абсолютно любой человек, по сути, может стать гамблером. Нужны только пустые карты. А карты… Хм, присылаются главным кланам из Черного архива. Большие поставки. Лидеры распределяют пустышки между соклановцами, а уж те сами решают, что с ними делать. Продажа, дар, желание сделать малый клан — своих слуг… Много всего. В том числе банальная кража. Производство черных карт — тайна, доступная только Принцессе. Потому они так ценны. Мои спрятаны в «кармашке» Мэри.
А вот Красные плевать на это хотели. Вердо рассказывала, что при наборе новых рекрутов Охотники выбирают целые кварталы, запирают их. И… Ну, просто разбрасывают карты по улице. «Кто выберется живым, станет Избранником!» Надо ли говорить, какой хаос поглощает улицы? Убийцы, разбойники, просто не самые хорошие люди. У всех появляется сила отбирать чужое. Красных много, да вот качество самих игроков оставляет желать лучшего.
— К счастью, нет, мисс Асити, — кивнула Перу. — Но факт. Кто-то пронес контрабандой много пустышек.
— Не «Шелковый» ли «поцелуй»? — Ха! Асити зацепила наглеца.
— Кхм, — шмыгнул носом Долтон. — Я… разберусь с этим позже.
— Но и это значит, — проснулся хищник в Парсии, — что Эшафот в этом году будет особо большим! — оттопырил он палец, указывая на меня с Виви. — Эти прекрасные птички будут участвовать! — Он выдержал паузу. Похоже, мне не понравится следующая часть. — И, кроме боев, они покажут нам свои творческие натуры.
— Эх… — выдохнула альбиноска.