— Мне приснилось, будто вчера вы отпустили мне грехи, мессир, — помедлив немного, изрек Второй ученик, церемонно преклонив колени и поцеловав ему руку. — Это был только сон?
Отложив в сторону свиток с начертанными на нем древними поэтическими строками, Красный Феникс терпеливо улыбнулся:
— Это был не сон, — мягко слетело с его губ. — На тебе больше нет греха. Подобно высшему божеству, ты овладел силой солнца, познал природу истинного цвета. Ты пережил состояние смерти, состояние ничто, и сумел возродиться. По своей воле теперь ты способен погрузить мир во тьму или же вознести к новому рассветному сиянию. Ты можешь принести на Материк жизнь или смерть. Похоже, теперь в этом мире ты сам стал богом, хоть и не до конца осознаешь это.
Элирий задумчиво коснулся огненно-рыжей макушки воспитанника, словно в былые времена, когда на храмовых церемониях даровал волчонку свое благословение. Как странно все завершилось. И конец ли это? Выходит, многовековой мятеж Денницы достиг дерзкой цели? На бесконечном пути духовного совершенствования смертные поднялись на новую ступень, мир сдвинулся с пути последнего судного дня и перешел в иную, альтернативную реальность… Будет ли доволен таким исходом верховный владыка Надмирья, пресветлый Илиирэ?
Как бы то ни было, надолго или нет, пока его светлость мессир Элирий Лестер Лар снова был жив. Он с неподдельным удовольствием любовался мимолетной красотой весеннего мира, вдыхал полной грудью ароматы молодой листвы, цветов и трав — и не мог надышаться. Он остро чувствовал себя живым. Живым и… счастливым?
Протянув руку, Красный Феникс чуть приподнял подбородок Элиара и с нескрываемой нежностью посмотрел на закатное красное солнце, по-прежнему украшавшее горло его ученика. Все было позади. Вся боль, все ошибки и недоразумения. Может, это отчасти неправильно, но Элирию было приятно думать, что эти старые шрамы носятся открыто и с гордостью, носятся ради него. Это было воспоминание не об унизительном рабстве, не о ненависти и жажде мести, как он с сожалением полагал раньше. Это было воспоминание о самом Красном Фениксе, чьим символом являлось красное солнце.
— Учитель… вы очень мудры и обладаете многими утерянными знаниями древних, но я не заслуживаю таких восславляющих слов, — смущенно запротестовал Элиар, не пытаясь, однако, уклониться от его прикосновения и взгляда.
— Произнести их было легко, потому что это правда.
— Если все так, как вы говорите, это только ваша заслуга, — в великом благоговении прошептал Второй ученик. — Вы сделали меня богом, мессир.