Высвободившийся аромат вверг Элиара в измененное состояние сознания. Всевластный аромат красного лотоса, аромат крови Учителя… позабыть его было невозможно, как невозможно исторгнуть из себя рождаемые им глубинные ассоциации. Знакомый тонкий аромат тропинкой уводил в прошлое, к страшным воспоминаниям о битве в павильоне Красных Кленов… о первой смерти Учителя, загадочной и одинокой смерти в Красной цитадели, которую он не успел предотвратить… и, самое страшное, о второй смерти Учителя — великой исключительной жертве, которую Элиар принес собственными руками… когда, замирая от ужаса и восторга перед злой неотвратимостью судьбы, сам тонул в океане той боли, что причинял наставнику.
— Хочешь снова взять мою кровь? — тихо спросил темный Учитель. Печальная, полная горечи улыбка поползла по его губам, словно алая змея.
Нет, Элиар вовсе не хотел, чтобы кровь Учителя, священная красная киноварь, снова была на его руках. Но простых ответов и простых решений более не существовало.
Отгоняя мрачные видения, вслух он сказал другое:
— Если мессир опять попытается напасть, мне придется сделать это.
Гортанный голос не дрогнул, тон был сух и угрюм. Учителю придется задуматься над этими словами: теперь он не может читать сердце Второго ученика так же легко, как открытую книгу. Прежде история прямодушного и простосердечного кочевника была доступна каждому. Теперь же, пожалуй, никто не сумеет с уверенностью прочесть ее. Он больше не мальчишка. Он достиг зрелости.
— Если потребуется, ваша кровь вновь станет моей, — спокойным и твердым голосом подтвердил он.
Тряхнув головой, Элиар с усилием прогнал застилавший глаза гнев. Много лет он привык жить без сердца… в какой-то степени так было даже проще. Почему же в последние дни эмоции вновь пробудились и давали о себе знать? Когда-то он был жрецом солнца, но давно уж, порвав всякие духовные связи с Красным орденом, превратился в жреца тьмы. Он не имеет права вспоминать о прошлом и тем более рассчитывать на понимание.
Однако он должен как-то убедить Учителя. Увы, тот сомневается в нем, а сомнение для наставника всегда было равносильно уверенности. Элиар чуть сдвинул смертоносное лезвие в сторону, взамен сдавив горло Учителя тяжелой рукой с длинными металлическими когтями.
— Не смейте сомневаться во мне, мессир! — Случившееся заставило пойти на крайние меры: чтобы Красный Феникс поверил его эмоциям, на миг он приподнял ментальные щиты, почти не сомневаясь, что в ответ Учитель попытается атаковать. Опытный менталист мгновенно распознает слабую позицию и нанесет удар в уязвимое место.