— Благодарю пресветлого владыку миров, — немедленно отозвался Элирий. — Но что же будет с грехами народов Материка, обессилевших под властью черного солнца? Будут ли они отпущены?
— Народы Материка сами определили свою судьбу, позабыв поклонение милосердным богам Надмирья, — непререкаемым тоном холодно сообщил Илиирэ. — В своих бедах они могут винить лишь себя.
Его светлость мессир Элирий Лестер Лар прекрасно понимал, что в этом мире дозволено, а что нет. Даже для него, почитаемого за наместника небожителей на земле, существовала четкая грань, которую ни в коем случае нельзя преступать. Но все же — он всегда был искусен в хождении по этой грани, тонкой и острой, словно лезвие клинка.
— Народы как овцы, оставшиеся без пастыря, — очень осторожно начал Красный Феникс. — Можно ли винить овец в том, что они не имеют разума? Всем известно, что люди нуждаются в руководстве Совершенных. Без наставничества потомков небожителей они не способны к духовному развитию. Но, увы, почти четыреста лет на Материке не было жреца, знающего и чтущего старые традиции. Теперь все станет иначе: если служба моя угодна пресветлому владыке миров, я лично возобновлю ежедневные богослужения и подношения. Приняв новых послушников, я возобновлю также практики прославления, ликования и распевов: и днем и ночью в храме будет проходить непрерывное пение хвалы верховному богу, как было в золотые времена эпохи Красного Солнца. Я верю: приняв во внимание все обстоятельства, пресветлый владыка миров не проявит к своим заблудшим овцам суровость большую, чем необходимо.
Илиирэ удовлетворенно кивнул, строгий серебряный лик его немного смягчился. Действительно, разве кто-то из служителей солнца возносил обитателям Надмирья славословия более усердные и ревностные, чем Красный Феникс? Небожители нуждаются в поклонении не меньше, чем смертные нуждаются в покровительстве. Небожители вкушают песнопения и вдыхают молитвы, как вдыхают жрецы курящиеся священные благовония, и преисполняются их сладостью.
— Делай, что должно, Красный Феникс Лианора, и будешь вечно стоять на краю зари в сиянии моего благословения, — торжественно провозгласил Илиирэ, взирая на него сверху вниз. — Мое благословение пребудет с тобою, ибо я всегда держу слово. Но, как ты верно заметил, на тебе лежит ответственность за случившееся, а значит, ты должен все исправить.
Элирий хотел бы поинтересоваться, каким именно образом может он совершить подобное чудо, но знал, что беспокоить владыку миров вопросами не следует. Это уже означало бы перейти незримую черту. Илиирэ сам скажет все, что сочтет нужным, — ни слова больше, но и ни слова меньше. К тому же Элирий и сам догадывался, почему пресветлый владыка миров явился именно на разговор с Игнацием и Яниэром, на котором решалась судьба непутевого Второго ученика.