В тот год только ранняя зима и густые леса спасли Россию. Княжеская семья, те, кто успел ускользнуть из, взятого за четыре дня, Киева, укрылась в Ярославле, который с тех пор и был единственной столицей Государства Русского. Конные сотни врага ушли в ноябре, когда ударили морозы и немногочисленные дороги завалило снегом. За два месяца Русские уничтожили несколько тысяч захватчиков, что остались гарнизонами в полуразрушенных городах, а в марте в Ярославле собрались остатки Русской знати, несколько десятков тех, кто выжил. Не знаю, кто первый сообразил, что, если жалкие остатки уездных правителей хотят выжить, то надо начинать жить по-новому и возврата к старым порядкам уже не будет, история умалчивает, но весной следующего года был избран Великий князь Святополк Первый, а многие княжеские фамилии просто пресеклись, канув в Лету при неясных обстоятельствах. Остатки знати смирились с лишением части своей вольности, государство было объявлено единым, а бывшие князья и бояре, сохранив свои титулы, превратились в наместников и воевод Великого князя.

В своих лесах русские сидели почти двести лет, огородившись от южных степей засеками, искусственными болотами, и волчьими ямами, с которыми вражеская магия справлялась очень условно. Было несколько походов с юга, но выходить «на вы» с вражескими конными тысячами никто не выходил, а месяцами пробиваться к нищим русским городам, которые встречали захватчиков открытыми воротами и пустыми кладовыми. Население уходило в чащобу, по тайным гатям сразу, не дожидаясь встреч с сотнями людоловов, а степных воинов встречали падающие деревья, зачарованные стрелы и даже отравленные сучья на узких лесных тропах.

Экспансия Русских князей шла на Север, через бескрайние тундры и северную тайгу, легендарная Мангазея здесь тоже была, а торговля с Европой шла через Архангельск, Колу, с Севера Норвегии, которой не было. Где-то в районе Нарвика моего мира находился город Александровск, а главным городом Шпицбергена, который здесь значился Медвежьими островами, был обозначен Святославск- на- Груманте. А потом русские выползли из своих лесов и начали давить на те, невнятные государственные образования, что остались после распада азиатской империи после смерти сына Великого Тамерлана. И если от непобедимых туменов «Железного Тимура» у его наследников остались только их жалкие подобия, то русские обзавелись пусть примитивными, но артиллерийскими орудиями, первые образцы которых были закуплены в Европе, и ручными пищалями, а магическая защита запасов пороха отнимает совсем немного сил.