— Мои верные подданные! — князь Димитрий встал на верхней ступеньке крыльца и потряс в воздухе пачкой листов: — Счастлив сообщить вам, что в интересах благоденствия княжества и моего народа я решил передать толику своей верховной власти с моим любимым братом Олегом Александровичем, и теперь в наших пределах воцарятся мир и полнейшее благоденствие. Князь Олег Александрович моей волей стал моим соправителем и таким же отцом для вас всех, каким являюсь я. Любите его, как меня, а за князем служба не пропадет. Пойдем брат мой.

Мы прошли во дворец, оставив за собой безмолвствующую толпу растерянных подданных, и я потребовал писаря, а желательно парочку, чтобы размножить наши с братом договоренности.

Отказавшись остаться на пир, сославшись на срочные дела, прижимая к боку папку с тремя подписанными экземплярами нашего соглашения, я незамедлительно покинул территорию крепости, так как понимал, что пьянка с братом и его прихвостнями закончится, в лучшем случае, мордобоем.

Утром я выехал в сторону Империи по «узкоколейке», воспользовавшись для передвижения небольшой дрезиной, что обнаружилась на заводе. На рычагах сидели двое мужиков из числа горожан, подрядившихся за рубль доставить меня в город и обратно, мне же тягать рычаги привода было невместно по должности. Правда, в обход застывшего на путях поезда с углем, тележку волокли мы втроем, но это было «другое». В любом случае, за два часа я преодолел тридцать верст и прибыл на территорию империи.

Выдав мужикам гривенник на обед, наказав следить за транспортным средством, я подхватил мешок с оружием и двинулся по городу в поисках своих беглых подданных.

— Барин. — первый из них попался мне, буквально, минут через пять: — Не надо ли чем подсобить…

Передо мной стоял солдат в заношенной форме княжества и мял в руках форменную бескозырку.

— Ты откуда, служивый? — поразился я при виде «помогайки».

— Так, барин, мы тут фундамент копаем купцу Барышникову, под склад колониальных товаров, но нас там только кормят, вот меня общество и послало попытаться копеечку малую заработать, на табак там или вино столовое, для бодрости и здоровья телесного. Вы не сомневайтесь, работник справный и дорого не возьму.

— Договорились. — я сунул руку в карман и достал оттуда монету в две копейки: — Покажи мне, где ваш полк квотируется, и она твоя.

— Офицерам доложите? — угрюмо буркнул солдат, отступив на шаг.

— О чем?

— Ну так, господа офицеры нас купцу передали, сказали, чтобы мы работали усердно, а я тут, отхожим промыслом занят, землю не рою…

— Даже не подумаю. Издалека покажешь мне куда идти, получишь монету, да и иди дальше по своим делам. У меня дело к вашему командиру.