Странность третья. Почему он так много говорит об ущербе системам, хотя для этого было бы логичней позвать Помора с инженерного? Или он с ним уже встретился?

Вальтон по-прежнему заливался соловьем, рассказывая, как вводились и отменялись наказания за атаку на элементную базу, и как ни одно из них не оказывало существенного влияния на ситуацию. Интересно, расскажет ли он им о подвижках в развитии биологического функционала андроидов и возможностях размещения управляющих программ непосредственно в биокристаллах, которые заменяли традиционные привычные кристаллы? Гелий уже почти созрел вклиниться в монолог советника со своим вопросом, но тут экскурс в историю вопроса закончился, и Вальтон внезапно перешел к конкретике.

— Вот что мы хотим сделать. Увеличить крепость элементов на 25%, то есть уменьшить степень воздействия встроенного разрушающего механизма. Завести их в библиотеки в отдельный блок и рекомендовать впредь использовать именно их.

Гелий вскинул брови:

— Но это потребует пересмотра взаимодействия элементов внутри крупных комплексов.

— Именно, — оживился Вальтон, которому, похоже, надоела роль проповедника в пустыне. — Поэтому мы не планируем убирать старые модели. Ведь под новые подходы нужна перестройка не только систем, но и замена кристаллов на более прочные, с изыманием всего старого и дешевого. Но одновременно мы рекомендуем именно это — обновления и замены по всему объему техники.

— Ух, — сказала Марго. — И что вам на это скажут люди? Это же, страшно себе представить, сколько всего нужно заменить? Рискну предположить, что и инкубаторы захотят передать в библиотеки новые конструкции для элементов, а не просто версии с прикрученным разрушением?

— Да, мы уверены, что так и будет. Но это, так сказать, процесс постепенный, рассчитанный на годы. Со своей стороны территориальные министерства будут его стимулировать, первые деньги уже выделены, и я был бы не против, если бы ваш инкубатор получил часть из них.

Гелий подумал, что это явно не всё. Так оно и оказалось.

— Но это всё пойдет само собой, программы готовы, рекомендации мы начнем распространять, а бизнес, заинтересованный в поставках новых кристаллов, уже стоит на низком старте. Вас я хочу попросить о другом.

«Вот оно!» — подумал Гелий.

— Я отхожу от дел. Временно или постоянно, пока трудно сказать, поэтому вы полетите в автономном режиме. Я хочу, чтобы вы бросили свои лучшие силы на создание принципиально новых конструкций базовых элементов, которые годились бы для внедрения в биокристаллы. В переспективе. Они должны быть надежными, пригодными для оперирования внутри биокристалла и разнообразными по функционалу. Если в предыдущие годы мы ограничивали вас просьбами делать мелкие юниты, максимально совместимые с другими элементами, то теперь нам нужны более сложные, но при этом единые конструкции. Потому что первые испытания показали, что биокристалл, в отличие от своего неорганического аналога, не выносит многократных замен начинки. И единую программу усваивает лучше, чем сложную системную сборку.