Вот терпеть не могу никому ничего поручать. Чтобы доверить человеку работу, он должен быть сто раз проверен, да и то — вспомнить того же Скифа, тьфу. Разумеется, я и сам могу налажать, но это другое. Я свои ошибки сам исправляю в отличие от. И что мне делать? Ковыряться по всему массиву потом? Тут у меня слегка похолодело в спине от мысли, что по уму сверяться надо бы не с конспектами, а с оригиналом, а сделать это можно только завтра в библиотеке. И ни в коем, ни в коем случае случайно не открыть там добытые у Глеба слитые варианты, потому что я совершенно уверен, что вся библиотека находится под камерами, а камеры эти снимают всё, включая экраны. Уверен, что они и книги эти отлично видят. Понемногу я успокоился, пора было возвращаться. Ничего им не скажу, решил я. Пусть пока сканируют, сам все проверю, но, наверное, уже не завтра, а в понедельник.

Когда я вошел, комната напоминала филиал библиотеки, Дима и Макс еще возились со своими конспектами, и только Баклан лежал, развалившись на кровати.

— Риц! — весело объявил он. — Ну чего, я сосканировал всё твое и всё мое. Всё сомнительное вынес, его не так уж и много было. И мы тут еще вот что подумали, надо бы повторно сверить всё с библиотечными материалами, чтоб ошибок не было. Мы можем это всё сделать, когда ты в понедельник на работу пойдешь.

Я резко выдохнул и сел на кровать:

— Я тоже об этом подумал.

— Дай угадаю, — поднял голову Макс. — И хотел сам всё это сделать.

Я фыркнул.

— Риц, ты только не обижайся, но я тебе одну вещь скажу. Исключительно из собственного опыта. Когда ты делаешь интеграционную поставку, а у нас несомненно она, ты не можешь делать ее в одно лицо. Потому что просто сдохнешь в процессе.

Я хмыкнул.

— Ну если это интеграционная поставка, тогда ладно. Согласен. Главное, словом нужным назвать.

— Тебе есть еще чем заняться. Ты нам обещал миксер к таблицам подвесить.

— Хрен с вами, — махнул я рукой. — Вы победили.

— А если у тебя есть какой-то очень плохой прошлый опыт, — добил меня Макс. — То я тебя уверяю, на него не надо обращать внимания. Потому что будет еще. Такой же или даже хуже.

Тут уж я не выдержал и заржал, а потом ко мне присоединились Баклан с Димой. И только Макс остался совершенно серьезен.

В воскресенье мы планировали всё повторить, но теперь уже без фальстартов: просто приходим, переписываем непереписанное и проверяем сосканированное. И на середине дороги к библиотеке внезапно ожил наш чат с Софьей, о чем на браслет Диме и Максу немедленно пришло уведомление, которое они немедленно озвучили нам с Бакланом.