В это верилось слабо. Дружина барона недавно смогла доказать превосходство людей над зверьем. Про ту битву в трактирах судачили круглые сутки. И не только в трактирах. Не по годам рассудительный Альберт велел своим людям специально почаще маячить в местах, где толкается народ. Младший Монк дальновидно решил раздувать болтовню о столь легкой победе, дабы среди горожан не возникло панических настроений. Пока план работал, спокойствие удавалось поддерживать. Некоторые синарцы, из тех, что потрусливей и побогаче, все же «сделали ноги», но втихую. Да и сейчас продолжали бежать по ночам. Днем же ропота было немного. Но это, опять же, пока…
Одним из сочувствующих южанам оказался и толстый кондитер, чьей лавке не повезло встретиться на пути у Валая. Охотник, плененный чудесными запахами, идолом застыл у прилавка. Друзья безуспешно пытались оттащить обалдевшего Волка, но тот упирался, как мог. Пока сын башмачника понуро серчал на отсутствие денег, хозяин сластей не стерпел и угостил всех троих дикарей пахлавой и медовыми пряниками. Сказать, что охотник был счастлив, было бы ничего не сказать. Огромный Валай, словно малый ребенок, запихивал в рот незнакомые лакомства и чавкал с таким наслаждением, что люди собрались вокруг, посмотреть на потешное зрелище. Товарищи ненамного отстали от Волка, и даже сдержанный обычно Ралат позволил лицу отразить все блаженство, которое он ощущал, поглощая чудесные яства.
Другой добродетель из местных, следивший за пиршеством родичей, не поленился и сбегал в ближайший трактир. Три больших кружки кваса были встречены дружным восторженным ревом зевак, ну а сам меценат удостоился искренних слов благодарности от польщенных охотников. Не стоит и говорить, что терпкий напиток тоже пошел на ура. Настроение ребят взлетело на необозримую высоту, и хотя бы на время все их страхи, проблемы и горести улетучились, уступив место радости. Здесь, сегодня, сейчас — жизнь казалась прекрасной. Завтра, позже и там — все, возможно, изменится. Но пока…
Площадь! Три грандиозных здания высятся с разных сторон. Замок Монков похож на скалу испещренную дырами окон. Или будет вернее бойниц, что в три ряда идут по-над крышей. Десяток же ярдов под ними лишь ровные стены — все комнаты смотрят во внутренний двор витражами, как дал пояснения Гарри.
— Постройка еще доимперских времен, — с важным видом вещал паренек. — Замку тысячи лет, если верить молве. Но его много раз починяли. Батя наш говорит, что от той первой крепости Монков, может, пара камней и осталась. Остальное новье.