— Да ведро оцинкованное возьми — и всё, — вставил своё слово Стэп.

— Разберусь как-нибудь без сопливых, — поморщился я. — А вы пока бумаги просмотрите. Мало ли, может, какая информация проскочит или мысли по поводу появятся.

— Ой, вали уже, командир, — фыркнула Полина. — Дай хоть отдышаться.

— Завтра будешь хоть весь день дышать, а пока давайте, шевелите копытами.

Я завернул три сердца в обрывок простыни, который так и пролежал без дела на дне рюкзака, и взялся за ручку двери.

— Сердца накройте, сейчас свет внутрь попадёт, — бросил я через плечо.

Стэп молча накинул на них одеяло, и я уже смело распахнул дверь и вышел в коридор.

— Керосин ещё захвати, — бросил мне в спину приятель.

— Хорошо, — ответил я и направился к лестнице.

Следом из квартиры выбралась Полина и пристроилась следом. Она мощно зевнула, заражая тем самым и меня. Я даже остановился и раззявил пасть, едва не вывихнув себе челюсть. Да, нормальный отдых нам бы не повредил. Спать урывками — такое себе занятие. Сон вроде перебивается, но организм не успевает нормально отдохнуть. Это нам ещё повезло, что охота выдалась крайне удачной, иначе и сегодняшняя ночь у нас прошла бы за периметром. Или завтрашняя? Хрен их разберёшь. В этой кутерьме уже все дни перепутались. Не пролюбить бы сеанс связи с Макаром.

Я вышел на улицу, а Полина отправилась к консьержке, выпрашивать воду. Осмотревшись, я сразу же двинул на рынок. Продать там сердца можно подороже, чем на административной приёмке. Но если скупщика сегодня не будет, то есть ещё вариант: обратиться напрямую к скорняку. Наверняка дорогу к нему знает каждый.

Рынок здесь организовали на стоянке возле здания филармонии. Площадь позволяла, да и расположение более-менее в центре. Несмотря на раннее утро, здесь уже вовсю гулял народ. Торгаши трепались друг с другом, обсуждая выгоду сделок. Через северные ворота, выходящие на реку, в сторону торговой площади, катали тележки с товаром, подтягивая его поближе к прилавкам. Некоторые только-только начинали выкладываться, другие уже зазывали праздно шатающихся зевак.

Я бродил среди рядов, без особого энтузиазма рассматривая товары. По большей части все они были для нас бесполезны. Различная хозяйственная утварь: кастрюли, сковородки, лопаты и столовые приборы. Здесь даже народ практически не крутился. Всех интересовали продукты или оружие. Чуть в стороне торговали комбикормом и другим зерном, наверняка поставка прибыла из самой Беларуси. Дальше шли ряды с прошлогодними овощами, многие из которых выглядели совсем непрезентабельно. Сморщенная картошка, морковь, местами уже обрезанная от гнили. Тут же, на следующем лотке, торговали соленьями, к которым уже выстроилась очередь. Квашеная капуста прямо из дубовой кадушки, огурцы, от которых исходил аромат пряного рассола. Потом шли мясные ряды и слегка на отшибе — рыбные, чтобы не воняли на всю округу. Вот только запашок с той стороны всё равно обволакивал весь рынок, особенно когда тянул лёгкий ветерок.