Как бы странно это ни звучало, но все мы устали от той жизни, что внезапно свалилась на наши головы. И бытовые сложности, которые предстояло решить при организации поселения, казались смешными в сравнении с тем, что нам уже пришлось пережить. А ведь если подумать, впереди нас ждёт не меньше дерьма. Один только кидок выродков на центнер серебра способен превратить нашу дальнейшую жизнь в ад. Вряд ли они снова попытаются назначить за наши головы цену, но охоту среди своих точно объявят такую, что нам и не снилась.

Может, и прав Стэп. Возможно, гораздо проще будет выжить на воде, на борту теплохода. С другой стороны, выродки скорее позволяют нам использовать данный вид транспорта и торговли. Оружия, способного пустить ко дну речную посудину любого класса, у них достаточно. Хватит и пары миномётов, чтобы превратить палубу в филиал ада, а заряд из гранатомёта без проблем превратит теплоход в «Титаник». Нет, стена в этом плане всё же надёжнее.

Я спокойно дремал на заднем диване, развалившись на нём чуть ли не во весь рост. Третий ряд сидений мы сложили, а спинки второго ряда откинули до самого пола. Получилась приличных размеров кровать, где без труда можно было разместиться прямо втроём.

Правда, как следует выспаться мне так и не дали. Остаток пути до Нижнего мы преодолели всего за пару часов, и меня самым наглым образом распинали, заставив выбраться из уютного салона.

Несмотря на всю свою нелюбовь к японскому автопрому, эта тачка мне действительно понравилась. Неровности на дороге подвеска глотала на раз, хотя мелкие выбоины в асфальте ощущались гораздо острее, чем на легковушке. Притом, что на грунтовке «прадик» вёл себя на отлично. Вот такая странность. В остальном — отличная тачка. Однако попадись мне на глаза сто двадцать четвёртый «меринок», я без малейших сомнений пересяду на него. И это уже мои личные тараканы.

С нашего последнего визита нижегородский кремль сильно изменился. Если тогда он всё ещё походил на городскую достопримечательность, то сейчас выглядел именно так, как и задумывалось его строителями, а именно: обжитым. Лёгкая небрежность временных построек, шум толпы на рынке, аппетитные запахи уличной еды. Я даже на мгновение замер, прикрыв глаза и наслаждаясь лёгкой ностальгией. Всё здесь было знакомо: башни, часовые на воротах, проверяющие нас на принадлежность к человечеству.

Без лишних вопросов мы отыскали администрацию и договорились на съём жилья, а так же на сеанс связи. Единственное, что здесь изменилось, так это люди. В том смысле, что те, кого мы когда-то знали, были мертвы и теперь всюду сновали незнакомые лица.