Следующий дом оказался немного скуднее на ценности, но стандартный хозяйственный набор там всё же присутствовал. Тот же растворимый кофе, чай, хоть и в гораздо меньшем количестве, но всё же. А вот крупа здесь хранилась в пакетах. Стоит ли говорить, что от неё остались лишь жалкие крохи, щедро присыпанные мышиным помётом.

Мы планомерно продвигались по улице, выбивая окна или двери в зависимости от их надёжности. И даже несмотря на то, что в большинстве своём дома были закрытыми, мы всё равно осматривали их сверху донизу. И только убедившись в том, что внутри никто не скрывается, приступали к мародёрству. Два из трёх рюкзаков оказались забитыми до отказа после обыска всего десяти жилищ. Но вот с канистрами дело всё ещё обстояло туго.

— Странно всё это, — озвучил общие мысли Стэп. — Почему до сих пор никто не позарился на это добро?

— Да тебе не один хрен? — высказала своё мнение Полина, которая пыталась затолкать в свой рюкзак очередную упаковку прокладок. — Нам же лучше.

— Это да… — Приятель почесал переносицу. — Просто вдруг это всё заражено.

— Чего? — Девушка даже остановилась и уставилась на напарника. — В смысле? Чем?

— Ну не знаю… — пожал плечами он. — Каким-нибудь вирусом или радиацией.

— Вряд ли дело в этом, — парировал я. — Таблички здесь никакой нет. Да даже если бы и была, людям наплевать, а уж выродкам и подавно. Вынесли бы всё подчистую.

— Тогда почему?

— Глухой посёлок, — пожал плечами я. — Конечная точка на карте. Указателя на основной трассе нет, вот никто и не проверял. Плюс достаточная удалённость от всех крепостей и гнёзд изменённых. Здесь во всей округе ни души на сто километров.

— Думаешь, в этом дело?

— А в чём ещё? Сам посуди: в посёлке два магазина, и оба обнесены до голых прилавков. Самые богатые дома вскрыты и тоже обчищены.

— Выходит, местные сидели здесь до последнего, пока не закончились припасы, а затем просто свалили?

— Я не думаю, что местных здесь оставалось много. Может, семей пять максимум. Ты вспомни, как в первые дни выродки стягивались в единую армию. Ночь бардака, а на следующую в городе почти никого. Гоняет несколько отрядов, словно хвосты зачищают — и всё.

— Было дело, — согласился приятель.

— Вот тебе и ответ. Об этой деревне попросту все забыли. А поисковые отряды так далеко не заезжают. Здесь почти день пути выходит, а ведь ещё время на обыск нужно и на обратную дорогу.

— По-моему, звучит логично, — поддержала меня Полина и охнула, взвалив на себя забитый до отказа рюкзак.

— Думаю, пора возвращаться к машине, — констатировал я. — Всё нам не вывезти, как бы этого ни хотелось.