Ломтик не любит убивать, и потому выбрал уисосиков. Но, как по мне, подорвать катер было бы куда милосерднее, чем оставить корсаров тонуть. Впрочем, Ломоть-то и не подозревает, что они не доберутся до берега.

Я же нависаю над палубой спасённого судёнышка — похоже, это всё-таки вьетнамцы — и спрыгиваю со спины Золотого на ржавый настил.

— Далековато вы заплыли от своих берегов. Что вам тут вообще надо?

Вьетнамцы вдруг падают ниц, едва не касаясь лбом палубы. Старший торопливо заговорил:

— Князь-дайме Вещий-Филинов! Я узнал, что Генерал вулканов умер, и потому… я хочу выкупить мою сестру из рабства. У нас есть немного денег, я готов отдать всё, лишь бы вернуть её в родительский дом.

— Как её зовут?

— Фыонг, дайме.

Надо же, как тесен мир. Та самая нетипичная пышногрудая няня крокодильчиков.

— Твоя сестра уже освобождена. Она сама решила остаться на Райском острове, чтобы помогать тебе и вашим родителям с деньгами. Так что плыви туда. Там её и найдёшь.

— Спасибо… — вьетнамец снова кланяется, почти плача. — Спасибо, дайме! Наша семья снова будет вместе!

Ну прямо как выпуск «Жди меня».

По возвращении в Рю но Сиро я быстро натягиваю кимоно и привожу в порядок причёску. Измученные, но всё равно прекрасные мои спутницы выпархивают в гостиную, и я осыпаю их самыми изысканными комплиментами, щедро одолженными из словарного запаса всё того же Генерала Вулканов. Девушки старались, и им нужно было хотя бы немного отрады. Улыбки распустились сами собой, а у Гепары даже ушки поднялись и весело торчали янтарным ободком.

После этого мы вместе с жёнами садимся на самолёт и направляемся в Киото. Полёт проходит спокойно, но я уже знаю: впереди ждёт совсем другой уровень испытаний.

Из аэропорта нас встречает кортеж, и дальше мы движемся целой колонной в сторону императорского дворца. Перед глазами вереница чёрных блестящих машин, лакированные кузова переливаются на солнце. Водители все в строгих двойках, пассажиры внутри в церемониальных кимоно, как и мы.

Колонна тянется медленно, пока наш лимузин внезапно не останавливают гвардейцы в начищенных до блеска мундирах.

— Вас нет в списке.

— Проверьте ещё раз, — сдержанно настаивает водитель. — Его Величество, король Вещий-Филинов.

— Вас нет в списке. Разворачивайтесь и уезжайте.

Вот и первое испытание, подстроенное нам на празднике Сэцубун. И далеко не последнее.

Кремль, Москва

Царь поднимает глаза:

— Влад, ну что?

Владислав Владимирович вздыхает:

— Воспоминания Ольги о Херувимии действительно ценные, но тут тебе, наверное, внешняя разведка больше скажет. А меня ты вызвал, скорее всего, не ради этого, а по поводу Данилы.