Масаса метнула на него холодный взгляд:

— А что мне о нём думать?

Йети не отставал, уточнил задумчиво:

— Председатель рано или поздно убьёт его?

Масаса выдохнула, помрачнела и ответила глухо:

— Вполне возможно. Но это уж точно не понравится конунгу Даниле.

Йети развёл руками:

— Да только конунга Данилу никто и спрашивать не станет.

Я смотрю на эту хрень, что громоздится передо мной здоровенной глыбой.

— Даня, ты приехал!

В дверях появляются Маша с Камилой. Радостная брюнетка сразу бросается ко мне, виснет на шее, целует, не сдержавшись.

— Мой король-муж прибыл! — с гордостью заявляет первая красавица Будовской магической школы, которая еще и мне досталась. Радости у неё столько, что вся дрожит от нетерпения, явно соскучилась.

А Маша стоит чуть в стороне, опустив взгляд, стараясь спрятать завистливый блеск в глазах. Держится подчеркнуто сдержанно — как и положено невесте, которой сейчас недопустимы вольности с женихом. Но внутри у девушки всё равно свербит, и никуда от этого не денешься.

Следом тяжело поступью заходит Борзов, шурин князя Морозова, с которым его племянница прибыла в Шпиль Теней. Присматривает за княжна по всем правилам, чинно и благородно. Высокий оборотень подходит ближе и почтительно говорит:

— Здравствуй, Ваше Величество Данила.

Забавно. Ещё год назад я первым здоровался с ним, а теперь вот как всё повернулось. Как же быстро меняется мое положение в обществе. Я протягиваю руку, принимая его приветствие уже как от будущего родственника, и киваю на эту каменную махину:

— Что это вообще такое?

Камила краснеет, но отвечает деловито:

— Я надеялась убрать это до твоего прихода. Индусский род Раджадхаров прислал вам с Машей как подарок к свадьбе. Они наши фармацевтические партнеры. — Камила смущённо добавляет:

— Это Лингам Шивы.

— Видимо, выпускаем с ними виагру, — хмыкаю. — Индусы не обидятся, если мы уберём его куда-нибудь на задний двор?

Камила мгновенно кивает:

— Нет, не обидятся, я специально уточнила.

— Ну и отлично, — заключаю я, наблюдая краем глаза, как слуги и ремонтники суетятся по залам, переставляют мебель, вешают ткани, готовят всё к будущей церемонии.

Мы с женой и невестой отходим к окнам. Камила показывает, как украшают сад: друиды выращивают клумбы, заставляют цветы раскрываться. К нам присоединяется молчаливый Финрод — он пока временный комендант крепости.

Внизу, в саду, выделяется фигура Феанора. Рядом с ним альвийка смеётся звонко, искренне, явно в восторге от Воителя, короля громаров. А он, похоже, и сам получает удовольствие от внимания. Никогда прежде я за ним тяги к женскому полу не замечал, но, видимо, долгое сидение в глубинах мозги вправило. Вон как оживлённо машет своей рубиновой клешнёй. Девушка, к слову, примечательная: на ней ничего, кроме кожаных ремней, которые плотно облегают тело.