Парни подготовились серьёзно: в углу сложены веники — берёзовые, дубовые, и даже крапивные для тех, кто любит покрепче. Всё как надо, с настоями для максимального расслабления. Уже разложились в бане, каждый с кружкой холодного пива, обмениваясь шутками и подшучивая над Гумалиным.

— Гумалин хотел банщиц позвать, шеф, прикинь, — смеётся Студень, потягивая пиво. — Но решили чисто мужской компанией. Ну, чтобы, знаешь, как по старинке — без лишнего женского взгляда.

— Чисто мужской, говоришь? — раздаётся голос от двери.

Все оборачиваются, и в проёме появляется Гереса — в одном полотенце, которое едва прикрывает её наготу. На её лице играет хитрая улыбка, а в глазах — лукавый огонёк.

— А что такое? — её голос полон насмешки. — Я ведь тоже вассал лорда Данилы, верно?

На миг в бане становится тихо. Студень, чуть покраснев, первым встаёт и уступает ей место.

— Ммм, ну, тут не поспоришь, — вздыхает он, садясь на другой полке.

Гереса с лёгкой грацией опускается на лавку рядом со мной. Крепкие бронзовые ноги воительницы моментально привлекают взгляды. Напряжение в одном месте почувствовал и я. Похоже, всё же стоило позвать банщиц…

Гереса резко поднимает кружку с пивом, её глаза блестят азартом:

— Ну что сидим, мужчины! С нами лорд! Разве это не повод радоваться⁈ За лорда Данилу! Мы здесь благодаря ему, и именно он ведёт нас сквозь все преграды и тёмные пути. Так выпьем за его победы — нынешние и будущие! За Данилу, который не только наш лорд, но и наш друг, брат по оружию и вождь, что всегда идёт первым в битву! За человека, который никогда не оставит своих!

Все тут же поддерживают её, поднимая кружки в воздух с одобрительными возгласами.

— За лорда Данилу!

— За конунга!

— За графа и нашего шефа!

И вот в этот момент её полотенце предательски соскальзывает чуть ниже допустимого, привлекая взгляды всех присутствующих. Гереса, не теряя ни капли достоинства, ловко поправляет его, даже и бровью не поведя.

— За милорда! — повторяет она, подмигнув мне. Хм, кажется, это вовсе не случайность, а часть тоста.

— Хороший тост, — усмехаюсь я и отпиваю из кружки.

Мы поднимаем кружки и пьем, пена чуть растекается по краям, но это никого не беспокоит. Жар бани, ароматы веников, раскаты смеха — всё сливается в единое ощущение спокойствия и дружеской теплоты. Гумалин, конечно, не пьет, но макает в пиво хлеб. Выпутался бородач.

После тоста разговоры идут свободно, без стеснения.

— Так как дела с компаниями? — спрашиваю я, наблюдая за тем, как Гереса с комфортом откидывается назад.

Студень первым поднимает руку, как хороший ученик.