— Да, я хотела взглянуть на прославленного конунга Данилу. Увидеть того, кто одолел Пса.

Я откидываюсь на спинку кресла. Айра рядом будто бы уменьшилась в размерах, на нее жалко смотреть. Хлопаю ладонью по подлокотнику.

— Дочь свою забери, шакхарка, — рявкаю я. — Не дело принцессе ходить в собачьем ошейнике да в плену.

Айра резко поднимает голову, явно удивлённая моими словами. Она явно не ожидала, что я стану за неё заступаться. Да я сам не ожидал, но вот честно, Айра мне дома нахрен не сдалась. Еще в этом дебильном ошейнике… А вот Намирра мрачнеет, её насмешка исчезает.

— Я слышала, — её голос снова приобретает суровость, — что она тебе сильно напортачила. Почему не убьёшь её? Разве это не слабость?

— Если бы не наша договоренность с Кенрисом, — я бросаю быстрый взгляд на Айру, — убил бы.

Айра кивает, словно приняв это как должное, будто такая участь ей не в новинку. Я перевожу взгляд на Намирру и продолжаю:

— Но я человек своего слова, королева. Ну а ты?

— Что я?

— Ты уважаешь свое слово и свою кровь?

Королева шакхаров хмыкает. Она явно не ожидала такого прямого вопроса. Под моим требовательным взглядом она всерьез задумывается:

— Шакхары проходят испытание в совершеннолетие. Испытание Степью. Погибает больше половины. Если Айра хочет быть моей дочерью, она должна покорить Степь, как и все шакхары.

Я поворачиваюсь к Айре. Она стоит, стиснув зубы, но не отступает.

— Я покорю Степь, — твёрдо произносит она, не отводя взгляд от матери.

— Очень вряд ли, маленькая ликанка, — усмехается Намирра. — Ты даже не представляешь, что там творится. Степь полна чудовищ. Они не щадят никого. Даже лучшие шакхары часто не возвращаются. А ликаны ни на что не способны без стати. Мы же, шакхары, одиночки, мы сильнее вас.

— Плевать! — Айра переходит на рык. — Я пройду Степь! Ясно тебе⁈

Мать и дочь скрещиваются взглядами.

— Понятно, — я киваю и снова оборачиваюсь к Намирре. — Мы сообщим, когда принцесса будет готова к испытанию.

Не дожидаясь ответа, я отключаю связь. Иллюзия Намирры исчезает, оставляя после себя лишь холодное послевкусие.

Айра оглядывается на меня с удивлением:

— Что значат твои слова, конунг? То есть я отправлюсь не сейчас?

— Сейчас? Ты что, не слышала свою мамку? Сейчас ты погибнешь, — бросаю в ответ. — Будешь готовиться, причем нормально готовиться, пока не научишься выживать в дикой местности.

Она, застыв, хлопает глазами. Не обращая внимания, вызываю Кострицу. Проходит всего несколько минут, и в дверях появляется магиня с характерной гривой рыжих волос, которые ярко контрастируют с её холодными серыми глазами. Она стоит, выжидая приказов, как всегда сосредоточенная и готовая к действию.