— Ребята! — хрипло произнес он. — Руководство лагеря приняло решение организовать поход! Вы с Тамарой Ипполитовной и Романом Альбертовичем отправитесь с ночевкой вдоль нашего великого Дона! Ночевать будуте в палатках. Еду будете готовить на костре в котелках, а вечером у костра будете петь песни.

А вот эти новости и правда всем понравились, и ребята вокруг восторженно захлопали в ладоши. Естественно, каждый мальчишка или девчонка обожает походы, а тем более — с ночевкой! Палатки, костер, тушенка и сгущенка пропахшие дымком. Шмель на радостях даже вставил два пальца в рот и оглушительно свистнул.

Что говорил дальше Савелий Иннокентьевич, уже не имело смысла. Пионерская гурьба зашумела, и Тома, отчаявшись всех угомонить, велела расходиться. Поход намечался на завтрашний вечер.

— Слышь, Миха, — Шмель не дал мне уйти.

— Чего? — я покосился на его довольную и даже мечтательную рожу.

— Вечером пойдем мазать девок в отместку, ты с нами?

Ах да, еще ж девчонки… заниматься этой ерундой мне не хотелось, поэтому я поднял «раненую» руку и повертел ей перед физиономией Шмеля.

— Дружище, у меня тут непредвиденные неприятности, по медицинским показателям никуда пойти не могу. Ну вы, надеюсь, справитесь и без меня? — я подмигнул своему товарищу.

Боковым зрением я увидел, как к Тамаре подошла та самая Вика, которая не стала меня закладывать с разбитым стеклом. Но теперь она была вся заплаканная, а в руках держала ту самую энциклопедию про морских динозавров. Я толком не понял, от чего, но по телу растеклось напряжение.

— Кстати, не успел спросить, куда ты вляпался?

Я уже собрался рассказать Шмелю какую-нибудь небылицу, когда опасения потихонечку воплотились в реальность.

— Михаил! — послышался крик Томы. — А ну немедленно подойди сюда!

— У-у… Не завидую, брат, че-то у нее от гнева аж лицо перекосило… — Шмель с этими словами поспешил отойти подальше, чтобы самому не попасть под горячую руку.

Я вздохнул, развернулся и пошел к Томе. Вика стояла вся в слезах, прижимая к груди свою энциклопедию… я присмотрелся повнимательнее и нахмурился. На энциклопедии были отчетливо видны следы пальцев, перепачканных в зеленке. Ерунда какая-то. я прикасался к книге до того, как устряпался в зеленке.

Лицо Тамары было действительно кривило от негодования.

— Дай-ка, Вика! — она забрала энциклопедию у девчонки, открыла.

Я, продолжая все больше хмуриться, увидел, что там нет титульной страницы. Кто-то совершенно варварски вырвал из книги изображение, попутно перепачкав страницы в зеленке.

— Как ты это объяснишь, Михаил? — уставилась на меня Томара взглядом прокурора.