Барон изобразил столь наивную детскую улыбку, словно не понимал: заданный им вопрос отнюдь не «маленькая обида», а проблема для шведской дипломатии наиважнейшая. Исходя из возможности альянса Дании и Руси и их совместных намерений, шведам нужно выстраивать планы на ближайшие месяцы и годы: то ли лихорадочно набирать кредиты и свозить наемников со сего света для грядущей бойни, строить крепости и закупать оружие, то ли жить мирно и размеренно, не надрываясь и потихоньку копя силы, опрос невероятно важный, ибо расходы на войну без оной способны разорить любую державу не хуже войны самой что ни на есть настоящей, кровопролитной. Такая информация стоила очень и очень много, а открыть тайну могли лишь единицы. Андрей Зверев был для барона Тюрго «осведомленным источником при российском дворе» и, возможно, от одного его слова сейчас зависело будущее целой страны.
— У государя моего нет вражды к шведской короне и народу дружественной Швеции, — выждав внушительную паузу, утешил гостя князь Сакульский. — Мы не намерены затевать войну с вами ни сейчас, ни в будущем. Возможные приобретения на западе для Руси столь ничтожны, а связанные с этим трудности столь велики, что у нас нет интереса враждовать с кем-либо на сих границах. Мы смотрим на восток. Не дразните медведя, и он всегда будет вашим лучшим другом.
— И король Юхан делает все возможные шаги, демонстрируя свое дружелюбие! — облегченно выдохнул барон. — Его первой же его волей был приказ военному флоту топить пиратов, тревожащих русские торговые пути. Он приказал рубить пиратам головы и складывать их на ледник. Когда ты захочешь поведать о сем государю, король готов прислать в Москву эти головы вместе с благодарностями спасенных купцов.
— Приятное известие. Обязательно сообщу о нем Иоанну.
— Наш король хотел бы оказать русской державе еще более серьезную помощь, — задумчиво покрутил в руках кубок барон. — Он мог бы снабжать провизией гарнизоны портовых городов, не допускать их блокады с моря и даже продавать военное снаряжение, коли вы этого пожелаете. Помогать и русским воеводам, и родичу Иоаннову, королю Магнусу. Однако же Юхан хотел бы знать, готова ли русская сторона, буде возникнут в Ливонии сложности, учитывать интересы такого помощника? Жена шведского короля, августейшая Катарина, урожденная Ягеллонка, есть сестра короля польского Сигизмунда и имеет урожденные права на часть земель во владениях нынешнего короля Магнуса. А кроме того, пятнадцать лет назад, будучи еще герцогом, король Юхан ссудил королю Сигизмунду крупную сумму денег, получив в залог несколько замков, расположенных в Ливонии. Если бы король Магнус или покровитель его царь русский дал уверения, что сие имущество у шведской королевской семьи отторгаться не будет, это весьма улучшило бы отношения Швеции с сим доброжелателем.