— Присаживайтесь, — девушка указала рукой на диванчик справа от входа и ушла в незаметную дверь в дальнем углу комнаты. Мы послушно сели, Ольга заметно нервничала. Она не привыкла ждать, ей явно было неуютно.

В зал неспешной походкой зашёл седой сутулый мужчина.

— Добрый день, — голос у мужчины был удивительно сильным и ровным. — Госпожа Ольга Пошкина, если не ошибаюсь? Вас в нашем квартале уже знают практически все. Только я не уверен, что это хорошо. Ваше умение торговаться и ваш вульгарный вкус в моей лавке не сработают, девушка. Любовь к кемской моде до добра не доведёт, это всё напускное, пена.

Видно было, что слова мужчины оскорбили девушку до глубины души: она пошла пятнами и заёрзала, но промолчала.

— Если честно, ваша персона в моей лавке крайне нежелательна, но за вас попросил ваш отец, а господин Пошкин — уважаемый человек и желанный клиент моего скромного заведения. Кроме того, ваша мать хорошая швея. Удивлён, что у таких достойных, талантливых членов нашего общества в родственниках человек с такими пошлыми вкусами.

— А вы, — Ольга вскочила, сжимая и разжимая кулаки, — вы… старый, косный и недалёкий!

Девушка вскинула нос, выбежала из комнаты и громко хлопнула дверью. Мужчина задумчиво проводил девушку глазами, пожевал губами и пробормотал:

— И это наше будущее…

Мастер перевёл взгляд на меня:

— Итак. Как вы уже поняли, меня зовут Евгений Притвик. Как я могу к вам обращаться?

— Тиаретайра, Тиаретайра Лиадон, — когда Ольга так стремительно ушла, я почувствовал себя скованным.

— Тиаретайра? Лиадон? — вскинул бровь мужчина, чуть прищурился и мельком посмотрел на мои уши. — Уважаемый, скажите, а как зовут вашего отца?

— Теритрон.

— Теритрон Лиадон, — мастер подошёл к подиуму в середине комнаты и осторожно, словно боясь разбиться, сел на него. — Подумать только. Я был уверен, что род Лиадонов прервётся на Теритроне, и вот, передо мной его наследник. Когда я был молодым, мы с твоим отцом очень хорошо знали друг друга. Но потом судьба развела нас, он решил отправиться в путешествие, а я переехал сюда, во Фрэлис. Как он поживает? Он тоже во Фрэлисе? Почему не зашёл в гости к старому другу?

— Отец погиб в Керите.

Перед глазами вновь всплыл отрывок из сна: развалины дома, чья-то нога под каменной кучей, лужа крови. Я тряхнул головой, отгоняя наваждение. Ещё раз увидеть ту чёрную летающую жуть я не хотел.

— Погиб? — мастер осунулся, ещё больше согнулся и уткнулся взглядом в носки своих коричневых ботинок. Я молчал. Переживания по поводу смерти родных я давно отложил в отдельную закрытую комнатку своего сознания и старался эту коробочку никогда не открывать. Нельзя постоянно нервничать из-за того, что уже не изменить.