— Отец как раз эту часть не мог пройти. Всегда говорил: «Тут либо реакция, либо удача». А я ему доказывала, что тут нужна тактика.

Я кивнул, не пытаясь теребить душу:

— И кто был прав?

Уголок её губ дёрнулся:

— Мы оба. Просто по-разному.

И она снова нажала на кнопку. На этот раз прыжок вышел идеальным, а следом — ещё один, и ещё, и вот уже экран прокрутился, открывая новый кусок уровня.

— Эпично, — признал я.

— Ощущаю вьетнамские флэшбэки.

Рин покосилась на меня, будто проверяя, не издеваюсь ли я, но увидела, что я серьёзно, она снова сосредоточилась на игре.

А потом случилось то, чего я собственно и ожидал, ибо моя жопная чуйка прям крыла меня матом что примерно вот это вот и произойдёт: парень у соседнего автомата вдруг невзначай обернулся, скользнул взглядом по нам — он делал вид что осматривается но то как он это делал, я бы дал ему Оскар. Увидев что я смотрю в его сторону этот кадр подозрительно резко отвернулся, будто ничего не было, но я успел заметить, как он сгорбившись достал телефон после чего мой слух улавил как он активно продавливает кнопки.

Вот и будущие проблемки подъехали. В прочем, угрозу он пока не несёт поэтому сидим тихо и не отсвечиваем. Скосил взгляд на девушку она нечего не заметила. Сообщить? Не сейчас. Пусть Рин ещё пару минут побудет там, где всё понятно: тут нажал — там прыгнул, тут враг — тут выстрел. Почему собственно я не сообщил, дело в том что у девушки явные проблемы, и тут даже не в том типе дело. Она с момента нашей встречи напряжена, хоть и делает вид что всё нормально.

Уровень закончился короткой вспышкой и надписью «Stage Clear». Брюнетка выдохнула, будто только сейчас вспомнила, что вообще дышала, и чуть опустила плечи.

— Ещё? — спросил я, уже зная ответ.

Она покосилась на экран, потом на меня, и в этом взгляде было что-то новое — не раздражение, не усталость, а почти благодарность за то, что я не стал грузить вопросами.

— Один раунд, — кивнула она.

— Потом надо будет… ну, дальше по плану.

— Дальше по плану? — спокойно повторил я и приподнял бровь.

В ответ она закатила глаза, но без злости — скорее как человек, который устал делать вид, что не голоден:

— Я проголодалась. И если мы сейчас не найдём что-нибудь съедобное, я начну смотреть на людей как на источник калорий.

Я скосил взгляд на древнего вида будильник который стоял на телевизоре. Действительно, мы знатно залипли: на часах уже почти девять вечера.

— А не поздно? — кивнул я в сторону шайтан‑машины.

Девушка лениво махнула рукой, будто отметая саму идею, что ТЦ может закрыться:

— Здесь везде круглосуточный режим работы. Даже лапшичная на цокольном этаже не закрывается. Если повезёт, там ещё остался тот острый рамен, ещё там есть двойные порции со свининой.