На слова мужчины я лишь машинально кивнул.

Саэко подошла ко мне, когда её отец уже скрылся в доме.

— Он окончательно принял тебя, — прошептала она, улыбаясь.

— Ага, — ответил я, глядя на закрытую дверь.

— Но это только начало глобальной суеты…

Саэко подняла взгляд к ночному небу, усыпанному звёздами.

— Уже поздно, — тихо сказала она. — Пора спать. Завтра будет тяжёлый день.

— Зато какой интересный, — усмехнулся я. — Главное, чтобы твой отец не решил начать тренировки в три часа ночи.

— Если что‑то не нравится, будешь спать на коврике возле двери, — Саэко шутливо ткнула меня в плечо.

Мы оба не смогли сдержать улыбки.

Мы зашли в дом. В прихожей я снял обувь, провёл рукой по волосам, чувствуя, как напряжение дня понемногу отпускает. Саэко прошла вперёд, зажигая приглушённый свет в коридоре.

— Пойдём, я предложу тебе что‑нибудь перекусить, — предложила она, направляясь в сторону кухни.

— Не стоит, — я покачал головой.

— Я не голоден. Точнее, даже не чувствую, что хочу есть. Слишком много всего произошло.

— Понимаю, — она кивнула.

— Тогда давай решим, куда ты будешь спать.

— Куда прикажете, госпожа? — я шутливо поклонился.

— Давай в гостевую книгу. Это та в Котой ты проснулся сегодня утром. — Она уже подготовлена.

— Принял, но сначала душ, — бросил я, направляясь к ванной.

— Да, хорошая идея, — Саэко слегка улыбнулась.

— Я тоже загляну туда перед сном. Только возьму сменную одежду.

Через пятнадцать минут я вышел из душа, чувствуя, как напряжение дня понемногу отпускает. На мне были только свободные хлопковые штаны (в очередной раз убедился что инвентарь это очень полезная хрень) — в доме было тепло, а спать в футболке не хотелось.

Я прошёл в гостевую комнату, откинул в сторону сложенное одеяло и лёг на циновку, раскинув руки. Закрыл глаза, прислушиваясь к звукам дома.

Прошло минут десять. Дверь тихо открылась. Я приоткрыл глаз.

В проёме стояла Саэко. На ней был лёгкий шёлковый халат и чёрное кружевное бельё под ним — достаточно откровенно, чтобы сердце забилось чаще, но не настолько, чтобы это выглядело вульгарно. Она закрыла дверь, подошла к креслу у стены и аккуратно повесила халат.

Затем направилась ко мне. Подойдя к циновке, она перекинула ногу через меня и устроилась сверху.

Тепло её тела накрыло меня, как мягкое одеяло. Бёдра Саэко плотно прижались к моим — упругие, но податливые, они слегка покачивались, пока она устраивалась поудобнее. Ладони легли на мою грудь — пальцы чуть дрогнули, будто она хотела провести ими вниз, но сдержалась.

Шёлк её белья едва ощутимо скользнул по моей коже, когда она чуть поёрзала — и я невольно сглотнул. Дыхание участилось: я чувствовал его на своём лице, горячее и прерывистое. Волосы рассыпались вокруг, отдельные пряди щекотали шею и щёку.