Но это будет потом. Честно признаюсь себе — я трус, избегающий сложного разговора. И еще меня пугает мысль, что Акира поймет, что Хидео-сан где-то внутри моего подсознания обосновался, а следовательно, перенесет свои к нему чувства на мою персону. А зачем мне любовный треугольник, когда лучшая женщина в мире уснула, плотно ко мне прижавшись?

Умиротворение несколько нарушил телефонный звонок. Вот же я дурак, в беззвучный режим заранее не перевел! Мияби зашевелилась и проснулась. На дисплее смартфона высветилось «Окане Акума».

— Zdravo! — выбрал я на этот раз сербское приветствие.

— Семпай, привет, — голос у молодого бизнесмена немного пьяненький. — Я чего звоню? Ты молодец! Я такой контракт после твоей твоей игры согласовал! Миллиардный! Хочешь неделю отпуска?

— Может, когда-нибудь потом? Мне нравится моя работа. А вот против одного дня в ближайшее время возражать не буду. Нужно будет машину оформить, когда получу справку о парковке.

— Не-не-не, неделя твоя, расходуй частями, когда захочешь. Цуцуи-сан там рядом? Я еще раз прошу прощения за то, что вел себя, как придурок. Как извинение — тоже неделя. Семь дней. Слетайте куда-нибудь. На Окинаве сейчас шикарная погода.

— Спасибо, Окане-сан, — чуть смущенно сказала Мияби. — Я на вас больше не сержусь.

— Он ведь не сядет в таком состоянии на мотоцикл? — спросил я у Безымянной, когда звонок прервался. Различимые нотки опьянения в голосе парня слегка обеспокоили меня.

— Конечно нет, я забрала у него ключи за то, что ездил без шлема. И запасные. И вторые запасные, про которые Лихач думал, что я не знаю. У меня всё под контролем.

— А не стоило Окане-сана в таком случае с нами забрать? — простодушно предложила Мияби.

— Не переживай, сядет в машину своей охраны и доедет. Или лимузин с водителем вызовет. Заодно поклонниц своих впечатлит. Ты, кстати, тоже одной обзавелся, Чемпион.

— Вы про толстозадую гайдзинку, которая вешалась на Макото? — с легкой неприязнью к американке спросила Цуцуи.

— Ага. Железная выдержка у тебя, подружка, я бы ей все лохмы вырвала, если бы на моего мужчину позарилась.

— Макото не такой. Он не будет мне изменять. Но было очень неприятно за ней наблюдать, — как приятно было узнать, что в меня верят. И это при том, что Мияби чуточку ревнивая. На ту же Акеми поглядывала с подозрением. И на Анушу тоже. Может быть, дело в том, что она своим женским чутьем отмечает, кто из других женщин вызывает во мне симпатию?

— Кстати, а кто такая эта Рэйчел? — спросил я попросту из праздного интереса.

— Бургер-тян — культурный атташе из посольства в Токио.