После работы обязательный визит к папе в больницу. Нужно отдать ему амулет, принесенный медсестрой, которую иначе как ведьмой мысленно именовать и не хочется, но я стараюсь сдерживаться. Подумаешь плохо о Китагаве-сан, а она возьмет и скажет что-то вроде «ну хам же ты, Макото-кун» при следующей встрече. О том, чтобы ослушаться старуху и не отдавать нефритовую пластинку и вовсе речи не идет. Как минимум, отец ей доверяет, а эффект плацебо — вполне себе доказанный научный факт. То есть одной лишь веры пациента в грядущее выздоровление будет довольно.

Новостями с ним поделился. Что очередного воришку на работе прижучил и, возможно, премию за это получу. Что на ферме побывал и какой Огава Синдзи молодец. Что на выходных с Мияби отдыхать едем, чтобы совестливый папа не подумал, будто из-за ежедневных визитов к нему у меня на личную жизнь времени не остается. Доктора, честно скажу, у нас отличные. Уже совсем другой человек меня в больничной палате встретил. Еще не прежний бодрый пожилой мужчина, с кипучей энергией берущийся за любую работу, но уже и не его бледная тень. Может быть, папу даже разрешат свозить ко мне в новый дом нормально пообедать через недельку? Или даже переведут его в режим краткосрочной госпитализации, когда пациент ежедневно ездит в больницу для прохождения всех нужных процедур, как на работу. На игру команды Тики посмотрит… хотя нет, это уже лишнее. Ему же нельзя переживать, а от спорта сплошные волнения.

На выходе из кардиологии удачно встретился с Окане-куном. Специально он меня подкарауливал. Зря шифруется, я так считаю. Все равно очень многие в курсе того, что мы общаемся. То есть уже заранее считают меня человеком Акумы. Хотя… есть идея и по данному поводу.

— Ну ты и отжег с этим засранцем, семпай! — хлопнул меня по плечу председатель совета директоров. Уверен, позволь я себе аналогичный ответный жест — меня тут же скрутит его охранник, маячащий неподалеку и делающий вид, что он на самом деле такой же посетитель. — Сам он никто, конечно, и особого вреда, наверное, даже не принес. Но вся выгода в том, что служба безопасности его проморгала. Будет чем на них надавить теперь. И ограбившего тебя бандита еще эти их лохи упустили. Обоих уволю!

— Пожалуйста, не надо. Парни честно старались, а Тодороки-кун даже пострадал, мне за это стыдно. Наоборот, им бы премию за то, что не отказали в помощи.

— Все такой же добряк Ниида-сан! — рассмеялся молодой человек. — Тебя вообще хоть что-то разозлить способно?

— Пережаренные гёдза, пожалуй. Они должны быть поджаристыми и приятно хрустящими, но не подгоревшими.