Самым поразительным было то, насколько безупречно вежливо повела себя девочка. Даже не попыталась влезть в разговор взрослых или сделать хоть что-то неуместное. Стояла, скромно потупив глазки, и смотрела в пол, пока ее не спрашивают. И как тут могло выдержать сердце доброго старика? Конечно, я получил дозволение приютить родственницу на время.

— Молодец, вот тебе награда, — выдал девчонке печеньку из числа тех, которые сам испек.

Та попробовала и чуть глаза от счастья не закатила. Нет, выпечка у меня великолепная, но не настолько же, чтобы возводить в нирвану того, кто ее попробует.

— Дядь, это же печенье с Хоккайдо! — с восторгом воскликнула моя новая проблема. — Выглядит совсем по-другому, но вкус как раз такой! Я его повсюду в Токио искала — без толку. А там, в старый приют, его постоянно привозила какая-то женщина. Все ребята в восторге были. А Токио вроде как столица, потрясный город, но банальных печенек испечь не могут. Эти вот ты где купил?

— Сам испек.

— Научи! Это моего детства вкус!

Создалось впечатление, что единственное печенье прибавило мне больше авторитета, чем все предыдущие эпизоды. Что такое спасение жизни по сравнению с выпечкой? Ерунда!

Куда я денусь? Пришлось учить. Базовые вещи вроде работы с тестом объяснять не требовалось, этому учат в школе.

Засиделись за выпечкой допоздна. Показывал, рассказывал, объяснял. Сколько восторга было в детском взгляде. Я чуть не растаял от умиления, но внешне сумел остаться спокойным.

— А это главный ингредиент, цветок ханасеки, который умные люди с важными дипломами признали несуществующим. Найти его можно… по-честному, не знаю где. У моего отца, Нииды Хиро-сана, он растет на ферме.

Рассказал про происки невозможного растения в токийских травяных лавках, чем мою гостью очень и очень развеселил. Про лес говорить не стал, чтобы не обойти стороной неприятную историю с похитившими меня бандитами. Девочка только что подалась в бега от якудза, ей любое упоминание кого-то, кто на них похож, будет неприятным. Психолога бы ей! То есть мне не показалось, что у Тики-тян психическая травма. Но у более нормальной четырнадцатилетней девочки она бы была.

Спать отправился в свою новую квартиру. Запах моющих средств мне ничуть не мешает, скорее успокаивает. Так пахнет чистота. Комплект постельного белья я получил свежий, недавно из прачечной. Осталось еще вещи перевезти, которых у меня не так уж много. Часть их придется оставить неожиданной квартирантке. Нужно будет придумать, чем ее занять. Мало какой физически здоровый подросток будет готов днями напролет сидеть в четырех стенах.