Перед высокими двухстворчатыми дверьми, за которыми начинается широкий коридор, уводящий вглубь центрального здания храма, нас встречает ещё один Брат. Мы почти завершили проход сквозь ряды серых воинов.

— Какой юный Идущий.

Крайний слева храмовник улыбается мне, склонив голову. Капюшон скрывает большую часть лица Брата.

— Тут таких молодых встретить сложно, — продолжает он изменившимся голосом. — Восславьте Единого, Братья. Перед нами несомненный талант.

Дно вселенной… Этот голос знаком мне.

— Я счёл бы за честь познакомиться с таким юным Идущим.

Голова любопытного Серого поднята. Он намеренно демонстрирует мне своё лицо, чтобы я его точно узнал. На меня обращён вопросительный взгляд. Ему нужно моё разрешение. Можно внутренне выдохнуть. Для него я по-прежнему тот, за кого он принял меня в прошлый раз.

Отказать? А какая для этого может иметься причина? Он не стал раскрывать мою личность. Он не хочет мне портить игру, в которую я с неведомой ему целью играю. Проигнорировав его приглашение к разговору, я могу вызвать сомнения с его стороны, что опасно. Что даже более опасно, чем навязываемая мне беседа. В словесной дуэли меня победить будет сложно. Я справлюсь.

Ловлю взгляд повернувшегося ко мне Кэйлора и киваю ему. Данный жест в совокупности с выражением моего лица означает: «Всё в порядке. Не вмешивайся.». Теперь можно ответить храмовнику.

— Буду рад познакомиться с вами.

Проступившее на его лице облегчение меня радует. Он боялся отказа.

— Замечательно! Приношу свои извинения уважаемым Идущим. Проходите в храм. Юноша вас скоро догонит. Моё любопытство сильнее меня.

Кэйлор понял меня. Король Эмрихта пожимает плечами.

— К чему извинения, Брат? — с улыбкой произносит Хайтауэр. — Спешки нет. Вы не первый, кого удивляет юный возраст Китара. Он, и правда — талант. Пообщайтесь. Мы подождём.

Слова сказаны в первую очередь для остальных наших спутников. И спасибо за то, что он не назвал меня своим сыном. Вовлечение в обман сопровождающих меня Идущих было бы непросто объяснить.

— Прогуляемся?

Приглашение отойти сопровождает жест вынырнувшей из-под полы балахона руки. Мои спутники заходят в храм. Выстроенные в два ряда Серые Братья продолжают безмолвно стоять, где стояли.

— Давайте.

Поманив за собой, он ведёт меня в угол внутреннего двора крепости, к одной из четырёх цилиндрических башен, возвышающихся над храмовым комплексом.

— Сверху открывается замечательный вид. Пообщаемся там.

Дверь, холл, винтовая лестница… Ждать завершения пути смысла нет. Мы одни.

— Извините, владыка! Я не смог удержаться. Сам Единый послал вас.