и крови… Эти мысли казались такими же естественными, как дышать. К счастью, никто не мог прочитать кровожадные мысли кота: ни Цин Юйдунь, рассеянно держащий в руках пиалу, ни Чэнь Цю, который вернулся с чайником воды, бесцеремонно спихнул Маомао с циновки напротив Учителя и сел сам. Кот недовольно перекатился, вскочил на лапы, а потом подобрался к хозяину, отточенным движением забрался на его колени и довольно зажмурился. Цин Юйдунь, к удивлению А-Цю, даже не отреагировал, будто это было само собой разумеющееся. Стоило подумать, что этот кот на самом деле был самодовольным молодым человеком, и представить того сидящим на коленях Учителя, и Чэнь Цю закипел от ярости. – Учитель, что вы собираетесь делать с этим котом? – прямо спросил он, подогревая чайник огненной печатью и выкладывая чайные листья в гайвань [78] . Злобный взгляд голубых глаз пронзил его, а потом переместился на лицо Цин Юйдуня. – Пока ничего, – отозвался старейшина. – Маомао не причиняет мне хлопот. Маленькое сердечко кота дрогнуло. Чэнь Цю недовольно посмотрел на исцарапанные запястья Цин Юйдуня, которые только-только начали заживать. И это называется «не причиняет хлопот»? Тогда что в понимании Учителя хлопоты? – Но он такой невоспитанный, – буркнул Дракон. – Духовные звери бывают очень глупые, – спокойно проговорил старейшина, и его голос даже не дрогнул, когда, словно в подтверждение его слов, Маомао вцепился зубами в его руку, протянувшуюся за пиалой. – Но если он будет продолжать себя так вести, думаю, твоя шицзе Цай… сможет наконец исполнить давнюю мечту получить духовного зверя, – проговорил он, и его ледяной взгляд опустился на кота. Тот медленно отпустил запястье старейшины и даже исключительно скромно лизнул ранку, мол, смотри, этот достопочтенный ее для тебя обеззаразил. Оказывается, Цзисюань еще не отказался от этой чрезвычайно идиотской идеи… – Я думал, что с годами он поумнеет, но он все такой же дикий и неуправляемый, – добавил Цин Юйдунь. Кот вскинул голову, обдумывая эту мысль. После чего неожиданно положил голову на лапы и закрыл глаза, принимая вид послушного и тихого домашнего животного. «Этот достопочтенный совсем не дикий!» – кипела мысль в его голове. Его чуткий слух уловил еле слышный смешок, и он тут же распахнул глаза: ему не показалось? Это Цзисюань только что смеялся? Маомао преследовал хозяина каждый день до его ухода в закрытое совершенствование и ни разу не слышал, чтобы тот смеялся. Мысль о том, что Цзисюань смеется над ним, подняла в душе кота новую волну