Такова одна сторона вопроса. Но тут сразу хочется спросить: что же помешало Черчиллю это сделать, ведь его возможности, начиная с января 1919 г., когда он получил пост военного министра, были огромны? Почему он не выполнил намеченное, отступил от выполнения долга, не «задушил» большевизм всеми способами, бывшими в его распоряжении? Почему вместо того, чтобы максимально вооружить Белое движение и добиться свержения большевиков, фактически предал его, лишив всякой поддержки? Почему, будучи одним из основных организаторов успешной интервенции против России, обошедшейся нам во многие тысячи жизней русских людей и в миллиарды золотых рублей материального ущерба, даже не подумал двинуть английские войска на Петроград, на Москву?

Анализ истории тех лет привел меня к убеждению: Черчилль снял смертельную удавку с шеи «кремлевских мечтателей» вполне сознательно, поскольку у проблемы была и вторая сторона, связанная с судьбой российского еврейства. Как ни ненавидел он коммунизм и большевиков, но симпатия к евреям, «еврейская зависимость» в итоге пересилила ненависть к красным в душе британского военного министра.

У Черчилля был, кстати, один глубоко личный мотив противодействовать белым.

Дело в том, что Русская православная церковь в то время имела не только многие земли, но и вообще особое положение в Палестине, имела и свои виды в этом краю. Создание в Палестине еврейского национального государства противоречило ее интересам, она активно возражала против этого дипломатическими средствами.

15 мая 1920 г. некто А. Ф. Круглов был утвержден в должности заведующего русскими интересами в Палестине. Он стал свидетелем водворения английского Верховного комиссара в Палестине Герберта Самуила, а также захвата британскими властями зданий, принадлежавших РПЦ и Палестинскому обществу, и активного переселения сюда евреев из Европы и России. В донесении от 3 октября 1920 г. он писал: «Еврейское меньшинство, возглавляемое сионистским исполнительным комитетом и Верховным комиссаром, никогда и ранее не относившееся к нам – русским – и к России дружелюбно, в настоящее время сосредоточило все свои стремления и усилия на том, чтобы использовать мировой кризис, в том числе и наш, и, при помощи могущественных организаций своих единоверцев, захватив власть, занять здесь господствующее положение».

Так русско-еврейская этническая война, полыхавшая в России, своим краешком захватила и далекую, казалось бы, Палестину. Профессор-историк О. В. Будницкий указывает: «Переписка русских дипломатов по этому вопросу отчетливо свидетельствует о том, какие позиции отстаивала бы Россия, свершись чудо и возродись она в качестве великой державы. В этом случае еврейское национальное движение получило бы могущественного и влиятельного противника»[191] .