Все это сразу же сказалось на судьбе деда Бориса: люди его типа стали остро востребованы, им было воздано должное. И стоило деду вновь оказаться на переднем крае событий, как он снова развернулся во всей красе своего воинского дарования.
Борис остался в Крыму и продолжал защищать Керченский полуостров, поскольку уже 2 мая по новому стилю принял решающее участие в отчаянно рисковой боевой операции – налете на бухту и порт Мариуполя, окончившемся для белых триумфально: один из боевых кораблей красных был потоплен прямо у причала, а другой – уведен из бухты со всем имуществом и вооружением.
Именно этот, один из ряда его подвигов весны – лета 1920 г., даже вошел в литературу, историческую и художественную, и о нем узнали многие тысячи читателей (конечно, без имени героя). О чем подробно будет рассказано ниже, а здесь я только процитирую «Приказ Главнокомандующего Вооруженными Силами на Юге России «25» апреля (ст. ст. – А.С. ) 1920 г. Город Керчь. № 47. По личному составу»:
«Производятся за боевые отличия:
…………………………………………….
В лейтенанты:
Мичман Севастьянов Борис
…………………………………………….
Генерал-лейтенант (Врангель)»[50] .
Особо подчеркну: производство в чины совершалось в России либо «по линии» (то есть по выслуге лет), либо «по избранию» (то есть по усмотрению начальства). В данном случае имеет место второй вариант со специальной формулировкой «за боевые отличия». Это, само собой понятно, очень важно.
В следующий раз дед Борис отличился вместе со многими другими, приняв участие в боях, которым посвящен «Приказ Вооруженным силам на Юге России. В Севастополе июня 26 дня 1920 г. № 118»:
«В воздаяние беспримерных воинских подвигов храбрости, отменного мужества и беззаветного самоотвержения, проявленных Вторым Отрядом судов Черного моря, в составе: канонерских лодок “Страж”, “Грозный”, ледоколов “Ледокол № 1”, “Гайдамак”, речных канонерских лодок “Алтай”, “Урал”, катеров: “Мария”, “Азовец”, “Никола Пашич”, “Дмитрий”, “Пантикапея”, “Меотида”, при высадке десанта 23 мая с.г. у деревни Кирилловка и в бою при этой операции за освобождение Родины от врагов ее, награждаю названные суда Отряда вымпелом ордена Святителя Николая Чудотворца.
Главнокомандующий, генерал (Врангель)
Командующий Черноморским флотом, вице-адмирал (Саблин)»[51] .
Эта награда не была персональной, но и отделить от нее деда нельзя, ведь упомянутым в списке катером «Азовец» командовал не кто иной, как он. А операция была нешуточной, ведь именно благодаря этому десанту врангелевцы совершили овладение Северной Таврией: «Организованная Русская армия 25 мая перешла в решительное наступление, нанося главный удар группой генерала Кутепова со стороны Перекопа и вспомогательный 2-м корпусом генерала Слащева, высаженного у Кирилловки. В упорных 12-дневных боях XII-я советская армия[52] в составе 3, 15, 52, 29 и латышской стрелковой, 2-ой кавалерийской дивизии, бригады 15 дивизии и запасной кавалерийской бригады были разгромлены…»[53] .