В материалах допроса деда находятся живописные подробности его одиссеи, некоторые из них стоит упомянуть здесь.

Но прежде всего – документ:

«На 1919 г. значится мичманом в списках личного состава Морской обороны Азовского побережья (белых) в следующих должностях: на апрель и май – командир дивизиона моторных катеров-истребителей, на июнь – командир парохода “Гидра”.

Приказом главнокомандующего Вооруженными силами на Юге России № 47 от 25 апреля 1920 г. произведен за боевые отличия в лейтенанты»[38] .

Сведения эти не только скупы, но и не вполне точны, как выяснилось мною при дальнейших исследованиях. Что стоит за ними?

Молодые люди добирались к белым своим ходом, как могли, в разбитых поездах, в теплушках. Не обошлось без приключений. Выйдя на полустанке где-то в заснеженной степи умыться утром, они по сохранившемуся на них красному шелковому белью были опознаны как офицеры и взяты под арест петлюровцами. По словам Владимира Колниболоцкого, разделявшего с Борисом заключение в Бутырках в 1931 г., а в 1982 г. встретившегося с моим отцом и многое рассказавшего под диктофон: «Их привели в комендантский пункт. Там сидел петлюровец в голубом… яро украинского вида, с чубом и очень таким ярким… и говорил по-украински. Он посмотрел их документы, улыбнулся, порвал их и начал писать новые. Написал уже по всей форме и сказал, что с вашими документами вы далеко не уедете – вот вам. Это был белогвардейский агент у петлюровцев. И они отправились дальше, приехали на Юг».

В ходе допроса в 1931 г. Борис показал: «Фронт мы переходили нелегально трижды: первый раз “Петлюра – красные”, второй раз “Петлюра – Григорьев” и третий раз Петлюры и Деникина. Несмотря на трудности мы в Одессу приехали благополучно около 15.02.19 г.». Выяснилось, однако, что в Одессе на флоте вакансий нет. Приключения продолжились.

* * *

Период службы и боевых действия деда в Белой армии частично излагается ниже по его собственным показаниям. Это был славный путь, отмеченный назначениями (начальник дивизиона катеров, командир корабля, лейтенант, старший лейтенант) и наградой (орден Святителя Николая Чудотворца). Но есть несколько эпизодов, которые мне удалось обнаружить в иных документах и даже в литературе. Они заслуживают воспроизведения.

Борис прибыл в Белую армию в критическое, трудное для нее время. Как писал в своем приказе № 500 от 18 марта 1919 г. А. И. Денинкин: «Города, деревни и станицы переполнены дезертирами и уклоняющимися от воинской повинности, в то время, как армии истекают кровью в последней, может быть, борьбе».