— Вот только дети будут каждый раз разные, — закончила Элин. — Так вот, на счёт нашего чувства. Мы не привыкли быть под надзором, и при этом ощущать ещё и угрозу.
— Вот-вот, — поддакнула Бао. — Кстати, любопытно, Ит напишет о том, что Усатик и Гривастый начали подглядывать за лягушками, те за пиявами, пиявы за Усатиком и Гривастым, и все вместе — за кем-нибудь ещё? — спросила она.
— Не сомневаюсь, что рано или поздно он про это напишет, — ответила Элин. — Если, конечно, в его сказке до этого дойдет дело. Однако сдается мне, что сказка может кончиться гораздо раньше, чем нам кажется.
— С чего ты это взяла? — удивилась Бао.
— Ну… пиявы могут растащить заразу из раны по всему телу Динозавра, — предположила Элин. — Едят ведь они на самом деле отнюдь не тину, а продукты распада из раны. Пока — продукты распада, дальше… не очень хочу об этом думать.
— Н-да, — Бао вздохнула. — Ты права, Элин. Ты сегодня вообще вокруг права. И про доброту, и про пияв, и про Динозавра. Впрочем, дальше дело за Итом. Он автор, ему и решать.
— Да, ему решать, — эхом откликнулась Элин. — Должен же хоть кто-то в этом мире брать на себя право решать нечто действительно серьезное…
11
Вечный праздник
'Сказать, что Динозавр был удивлен — это было бы не сказать ничего. А случилось вот что. С раннего утра Усатик куда-то исчез, предварительно попросив Динозавра постоять немножко на месте, и его дождаться, а когда вернулся…
— Усатик, кто это? — с удивлением спросил Динозавр, когда Усатик, и кто-то ещё взбирались по его длинной шее к голове. — Кого ты привёл?
— Это? — спросил Усатик. — О, это наша новая союзница. Помните наш разговор о стрекозах?
— Помню, — кивнул Динозавр. — Но при чём тут это создание?
— Я не создание! — сердито произнес звонкий голосок. — Меня зовут Нефила, между прочим.
— Мне отсюда ничего не видно, — проворчал Динозавр.
— Секунду, — ответила Нефила. — Глядите. Вот она я, во всей красе.
Перед глазами Динозавра на тонкой ниточке висела паучиха. Именно паучиха, это стало понятно сразу. Во-первых, у неё были синие глаза, искусно подведенные тёмной болотной грязью. Во-вторых, Нефила была снабжена красивой удлиненной формы брюшком, покрытым тонкими блондинистыми щетинками. В-третьих, Нефила обладала умопомрачительно длинными и стройными ногами. И, в-четвертых, у Нефилы имелась головогрудь, причем размер груди принадлежности Нефилы к женскому роду не скрывал, а, скорее, наоборот. Он подчёркивал… всякое. Даже у Динозавра, при том, что он был Динозавр, а не паук, начали возникать всякие разные непривычные мысли. «Ни хрена себе у неё головогрудь, — подумал Динозавр. — Даже не думал, что такие бывают. А ноги! Какие у неё роскошные ноги».