— Где?
— Так на Романихе и проживает!
— Это что? — сообразил. — Центр города так называют?
— Центр или не центр, а издавна так повелось и не нам то прозвание менять!
— А что? У тебя кроме бересты ничего лучше не нашлось? — перевёл разговор на другое. Как раз к слову пришлось, когда увидел Прохора, сворачивающего свою берестяную писульку в трубочку.
— Так можно и на пергаменте накорябать, да только дорого тот пергамент встанет. Лучше уж так, по старинке. Да и чем тебе береста не угодила? Гляди, какая ровная да белая! И мороки такой, как с этим твоим пергаментом, нет.
— Эх, бумагу бы сюда, — пробормотал.
А Прохор возьми да услышь:
— Бумагу? Есть на торге и такое диво. Да только серебра за листок столько просят, что… — старик махнул в расстройстве рукой.
— Сколько? — заинтересовался.
— Пока серебром весь листок не закроешь, в руки не отдадут! С торжеством и одновременно с возмущением в голосе отрубил Прохор.
— Сколько? — теперь уже и я возмутился. Жаль, что не знаю, как эту бумагу сделать. Что-то этакое в голове крутится, но без подробностей. Действительно, жаль. А то ведь и впрямь озолотился бы. Или осеребрился, что вернее.
* * *
Сижу в одиночестве у себя в некотором подобии кабинета на первом этаже и думы думаю. Ничего не мешает, над головой в горенке ни одна доска не скрипнет. Сидят тихо дозорные, бдят. И со двора ни звука не доносится. И не потому, что он не пробивается через толстые бревенчатые стены, а потому что там и впрямь тишина. Никто не расслабляется, не бражничает, даже голос никто не повышает. Да и как тут расслабишься, если с улицы то и дело передают о мелькающих вдалеке вооружённых группах.
Обкладывают? Само собой. Вряд ли с целью воспрепятствовать моему свободному передвижению по городу. Момент выбирают, чтобы извести. Ничего не боятся! Не тот это город стал, далеко не тот. Продались бояре литвинам и город продали. Под врага легли. Быстро о том пожалеют, да только поздно будет!
И ведь наверняка знают о жалованной мне Ярославом грамотке! Знают, знают. И всё равно идут против его воли! Не боятся Новгорода.
Уходить пора. Через город не пройдём, не дадут спокойно пройти. А у меня нет желания пробиваться с боем к воротам! Это же кровь лить придётся! Русскую кровь, к слову, не литовскую, и не псов-рыцарей.
Стоило ли самому в город соваться? Наверное, нет. Не думал я, что здесь настолько плохо всё будет. Надеялся, что забыли уже обо мне в Кроме, да ошибся. Крепки они тут на память. Значит, больше мне в город хода нет. По крайней мере, при нынешних воеводе с посадником. Ну и при этом князе, конечно. А потом видно будет. Главное, заказ готовый забрал! В дальнейшем Прохор готовые изделия сразу в Нарву пересылать станет.