— Ты-ы! — хрипит надсаженным горлом! Руки вытянул, пальцы скрючил, словно примеривается, как лучше в горло вцепиться. И ещё раз прохрипел, будто припечатал. — Ты-ы!! Кровиночку мою украл! Во-ор!
Рвётся ко мне, чуть ли не из ворота кольчуги выпрыгивает, а его же ближники вперёд и не пускают! Удержать стараются, да в нашу сторону косятся, опасаются, что осерчать можем. Даже жалко беднягу стало. Вид у него такой, что… Лицо красное, даже до синевы багровое, на шее вены узловатыми канатами набухли, как бы до удара дело не дошло. Потом же я виновным и окажусь.
Тут-то из-за спины у меня Алёна и выскользнула! Встала между нами, грудью от папаши закрыла. Ещё и руки, как птица крылья, в стороны расставила!
— Он тут ни при чём, я сама! Сама…
— Прочь, дура! — у купца чуть ли не пена изо рта идёт. — С тобой опосля разбираться станем! Дома!
— Дом мой отныне здесь! — рыкнула Алёна. И ногой для убедительности притопнула. Обозначила, так сказать, свою территорию. — Рядом с любым!
Я поначалу даже восхитился. Молодец, девчонка! Ничего и никого не боится! А когда вторую фразу услышал, так дар речи потерял! Прилюдно такое до сватовства сказать, это… Это… В общем, попал я…
Попал или не попал, а восхитился, девка то точно молодец! Нравится она мне своей решительностью.
— Воды принесите, батюшке умыться нужно! — не попросила, а именно что приказала Алёна. И приказала моим бойцам, не батюшкиным наёмникам.
Ребята на меня сначала посмотрели, дождались подтверждающего кивка головы, и только тогда один из них сорвался с места за требуемым. Вода нашлась сразу. Горячую из котла развели заранее припасённой холодной.
Нужно было видеть лицо Алёниного отца! Понравилось ему, как дочка его моими дружинниками распоряжается. А уж когда огляделся, да количество этих самых дружинников посчитал… Да ещё поднаторевшим купеческим взглядом оценил броню и оружие на каждом, то враз как-то мягче стал, что ли? И краснота с лица самым чудодейственным образом пропала, и голосом поутих, горлом хрипеть перестал. Мистика прямо! Совсем другой человек передо мной оказался.
Утёрся тут же протянутой тряпицей, задвинул дочурку за спину со словами:
— С тобой позже поговорю!
И тут же глянул на меня. Глазами, словно шильцем, уколол:
— Так когда свадебку играть будем?
Глава 17
На отремонтированных плоскодонках ранним туманным утром вышли в море и почти сразу же за мысом нарвались! И ведь как назло тумана на море не было! На реке был, а на море нет! Чудеса…
Наперерез ходко пошли чужие корабли. Ждали именно нас, караулили! Да потому что на тех кораблях сразу же в колокола забили, в дудки засвистели, как только наши лодки увидели. Барабаны застучали, вёсла воду вспенили. Ещё и лодки какие-то вместе с ними в нашу сторону помчались! Точно ждали! Хорошо ещё, что штиль стоит утренний и все на вёслах идут, а то бы быстро нас настигли.