— Да, солнце от души припекает! — поддержал разговор. Перелез через скамью, пробрался к своей каюте, забрал оттуда своё железко. Вернулся назад, к пушке. Разморённые солнцем дружинники закопошились, воспрянули и потянулись за оружием, головами по сторонам закрутили.
— Опасаешься кого али так, на всякий случай зарядил? — кивнул на накрытую чехлом пушку кормчий.
— Тревожно как-то стало. Ты по сторонам посматривай, мало ли что подозрительное заметишь. А я дружину подниму. Пусть наготове будут.
— Зажарятся на таком-то солнце, — обронил Семён.
— Ничего, Служба у них такая, — ответил, а сам Первым делом Мокше условленный сигнал подал. Потом только десятнику на своей лодке приказал в броню облачиться и арбалеты к бою приготовить. И ещё приказал угли в жаровне разжечь. Для фитиля.
А ощущение опасности снова стремительно нарастало. Уже и усидеть на одном месте стало невозможно без дела. Тоже в кольчужку нырнул, шлем на макушку надвинул, саблю к поясу подвесил. Тул с болтами придвинул.
— Держись середины реки, — подсказал Семёну.
Вторая лодка следом за нами держится словно привязанная. Там тоже к бою приготовились. Оглянулся, хотел приказать развернуть пушку стволом вперёд и на второй лодке, да Мокша уже инициативу проявил, развернул орудие! Молодец! Заряжают сейчас…
А на реке пусто! Нас никто не догоняет и навстречу не попадается. Странно как-то. Сюда шли, так то и дело какая-нибудь посудина мимо борта проскакивала, только и успевали вёсла поднимать. А тут как обрезало, никого!
Шли по реке на вёслах до вечера, да так никого и не встретили. Броня накалилась так, что через поддоспешник тело обжигала. Парус поставили, хоть какая-то тень была. Иначе бы точно не выдержали. На ночлег пристали к берегу. Место выбрали не то, которое постоянно для ночёвок использовали, а наобум выбрали. Как раз справа речушка показалась, вот в неё и втиснулись. Прошли вперёд немного, да в камыши и забились кормой к берегу. Костров на ночь не оставляли, кулеш приготовили и потушили. Ночевали в броне, караулы удвоили. Тревога моя не отпускала и передалась всем людям. Заразное это дело, тревожность. Особенно в ночное время.
Беспокоило то, что пушка осталась заряженной! Почему? Так за день ствол нагрелся, а тут ночь, он остывать начнёт! Конденсат может пойти. Порох отсыреет. Или нет? Посмотрим. И проверим.
А ведь можно её дополнительно чем-нибудь укутать! Термоизолировать, так сказать. Меха у нас есть, оберну ствол и остывать он будет медленнее! И никакой конденсат не образуется! Лично у пушки лягу, в лодке заночую…