То был первый выстрел русского крейсера…
- Передайте приказ «Фридриху Карлу» – открыть ответный огонь и прикрыть эвакуацию экипажей подбитых миноносцев. Остальным кораблям – внимательно наблюдать за морем, в воде могут находиться русские подлодки! И да… Пожалуй, «Кайзеру» стоит принять участие в бою – как только мы подойдем на дистанцию в сто десять кабельтовых.
- Яволь, господин гросс-адмирал!
Спустя всего пару минут носовая башенная установка «Фридриха Карла» уже окуталась огненными всполохами, сменившимися густым черным дымом. Крейсер словно бы дрогнул от отдачи – а два пристрелочных фугаса весом более сотни килограмм полетели вперед, вспоров воду за бортом «Адмирала Макарова»… Однако выстрел последнего был вновь направлен в сторону германских миноносцев – беспомощно замерших уже за линией минных заграждений!
Да, они прошли ее на всю глубину – всю центральную минную позицию, наспех выставленную русскими минзагами всего за четыре с половиной часа. В море погрузилось две тысячи сто девятнадцать мин, одиннадцать из которых взорвались… Однако же глубина их погружения была рассчитана, прежде всего, на германские крейсеры и дредноуты. В свою очередь, легкие германские миноносцы с их малой осадкой умудрились практически беспрепятственно миновать банку… Пока концевые корабли не столкнулись с минами, вставшими выше – не иначе как из-за неровности морского дна.*****
Русские же суда прошли банку предусмотрительно оставленным для них проходом…
- Господин гросс-адмирал, сообщение с «Аугсбурга»! Крейсер был атакован русской подводной лодкой, но сумел сманеврировать и избежать торпедного удара!
- Все-таки субмарины… Но сколько их у русских?!
Впервые за все время пребывания на мостике «Кайзера», выдержка изменила принцу. Как профессиональный военный (профессиональный моряк!), Генрих Прусский был хорошо осведомлен о вражеском флоте. Так вот, он был уверен в том, что старые русские субмарины типа «Касатка» не смогут эффективно действовать вдали от своих баз… Тому виной было и малое их водоизмещение, и тихий ход (6-12 узлов), изношенные механизмы – и слишком длительной погружение (три – пять минут).
Но ведь с другой стороны – базы русских лодок находятся уже совсем рядом! Гельсингфорс, Ревель… Их вполне могли перевести в Ревель – и использовать в боевом охранении вместе с небольшим крейсерским дозором…
На самом же деле гросс-адмирал был довольно близок к истине – в разведку (а заодно и на «свободную охоту») была отправлена единственная русская подлодка «Акула», являющаяся развитием «Касаток» и способная действовать на вражеских коммуникациях.****** Но прежде, чем принц Генрих принял бы хоть какое-то решение, случилось сразу три вещи, самым фатальным образом повлиявших на развитие этого боя.