А затем ещё один, и ещё... И как ни странно, но с каждым новым шагом я сомневаюсь все меньше, а уверенность в правильности выбранного решения растёт.
Может потому, что оно действительно правильное? Может быть...
Но отчего тогда возникло ощущение, что в тот самый миг, когда я сделал первый шаг, в сердце моём что-то умерло?
*На самом деле сербов отправляли также и в Терезин. Но помимо него, для сербского гражданского населения австрияки организовали целый ряд концентрационных лагерей на территории Венгрии: Добож, Арад, Нежидер, Дьор.
Понятное дело, что концентрационными лагерями австрияки не ограничились - число жертв гражданского населения Сербии за один только 1914 год (то есть за пять первых месяцев войны) оценивается в тридцать тысяч человек. Это не только случайные жертвы боевых действий - очень часто убивали православных священников за распространение "духа восстания", практиковались казни заложников и семей "предателей", расстрелы женщин, стариков и детей. А что было в 1915-м, во время "ледяной Голгофы" сербов и их исхода в Албанию, и подумать страшно... Хорваты же действительно отметились убийством гражданских, включая и сожжение мирных жителей.
Это не считая повешенний, расстрелов, использования гражданских в качестве живых щитов, изнасилований, а также казней военнопленных...
Сербский пограничный пост меня откровенно не впечатлил. Такой же каменный дом, как и в деревне - ну может быть, немного больше. А так... Ни тебе узких бойниц для стрельбы, ни железной двери с крепким засовом, способной хоть ненадолго задержать атакующих. Короче, не дот и не опорный пункт, а обычная "времянка" для личного состава; вернее сказать, караулка.
Но телеграфный столб все же имеется...
На посту дежурило лишь пара сонных солдат, но ради меня они подняли командира; я прождал минут пять прежде, чем хмурый спросонья сербский офицер лет тридцати с лишним выбрался наружу - в наспех накинутом на плечи, но не застегнутом кителе. На подбородке трехдневная щетина... Дежурно бросив руку к голове, подав воинское приветствие, он быстро пробежал глазами по документам - после чего скосил взгляд на кобуру с "Наганом", и сквозь зубы процедил:
- Оставьте оружие здесь. На ту сторону с револьвером не пропустят.
В ответ я лишь дежурно пожал плечами:
- Попробую договориться.
Но серб вновь хмуро покачал головой:
- С бошняками бы договорились, но их сейчас заменили немцы.
- И почему же?
Однако на сей раз командир пограничного поста словно бы пропустил мой вопрос мимо ушей. Впрочем... Можно догадаться. "С бошняками бы договорились" - из этой фразы на самом-то деле можно сделать далеко идущие выводы... Граница в мирное время - это ведь не только и не столько даже про отважных пограничников с Мухтаром и злых диверсантов, коих они отлавливают. И тем более не про компактные фрицевские кладбища, что остались у каждой погранзаставы... Это вообще из другого времени и другой границы - пока ещё не существующих держав!