— Да, — коротко ответил я.

Надо же. Первый, кто об этом знает. С другой стороны, чиновник такого уровня, наверное, должен быть в курсе. Переживать по этому поводу я точно не собирался. Но мой собеседник, естественно, не знал о попаданце в теле графа Соболева, поэтому, как я понял, старался быть деликатным.

— Потом вы куда-то уезжали? — уточнил он.

Я кивнул.

— Наверное, вам пришлось нелегко?

В голосе графа появились сочувственные нотки, но актер из него, конечно, вышел плохой. Таким притворным сочувствием меня не обманешь.

— Ну так… Всякое было, — коротко ответил я, не став вдаваться в подробности.

Такая краткость, по-моему, удивила графа.

— И вы учитесь вместе с Аленой?

— Да… В «Повелителях Бурь».

— Что ж. Похвально, что у вас появился магический дар. Насколько мне было известно, изначально у наследника Соболевых его не было.

Я лишь пожал плечами.

— Теперь спрошу более конкретно… — нахмурился Толстой.

Видимо, моя немногословность его реально раздражала. С другой стороны, вот не хотелось мне с этим человеком откровенничать. Почему-то он у меня вызывал неприязнь.

— Простите уж за мою прямоту, — продолжил граф, — но не могу не поинтересоваться. Как вы относитесь к Булгариным?

— Никак не отношусь, — честно признался я. — Они меня совершенно не интересуют.

— То есть у вас никогда не появлялись мысли о возможной мести? — вкрадчивым, почти змеиным голосом уточнил граф.

— Ваша светлость, к чему эти вопросы? — в здешнем высшем свете, каким бы крутым ни был мой собеседник, подобные разговоры вряд ли были приняты. Так что сам бог велел слегка огрызнуться.

— К тому, молодой человек, — голос моего собеседника стал холодным, как сталь, — что род Булгариных — весьма уважаемый род в Российской империи. И поэтому не советую вам даже думать об этом.

— Не переживайте, — хмыкнул я. — Никаких планов мести я не вынашиваю! Все это было слишком давно!

— Хм… — посмотрел он на меня с удивлением, — приятно слышать столь трезвые слова от такого молодого человека, но с трудом верится в такое ваше равнодушное отношение к той войне. Вы столько потеряли…

— Ваше Сиятельство, я не хочу повторяться, — добавил я в голос немного раздраженных ноток, — это было давно. Вопрос закрыт!.

— Что ж, — судя по его взгляду, он не особо поверил моим словам, — хорошо, если так. В любом случае, Семен, надеюсь, вы меня услышали. К тому же Алена для меня почти родной человек. А зная ее, возможно, ваш совместный визит явно не случаен. Так что если вы ее каким-то образом обидите, то последствия для вас будут очень серьезными

Мне хотелось съязвить на этот счет, но я сдержался. Молчание — золото. Пусть думает, что хочет. Однако Толстому явно не понравилось мое молчание. Он, по-моему, хотел что-то еще сказать, но я решил завершить эту неприятную для меня беседу.