Василий отлетел в сторону. Его спина ударилась о металлическую балку с громким лязгом. Он попытался подняться, но Страж уже приближался, готовясь нанести смертельный удар. Четыре руки занеслись над поверженным Ветераном.

Я не думал.

Активировал «Рывок» и метнулся вверх по диагонали!

Воздух взорвался вокруг меня ударной волной, когда я практически мгновенно преодолел расстояние. Щит врезался в корпус Стража с такой силой, что тварь отлетела в сторону метра на три, едва устояв на ногах.

Не давая ему опомниться, швырнул «Эгиду». Щит взвился по дуге, его края засветились золотым светом и трансформировались в острые лезвия прямо в полёте. Он обрушился на грудь демона, вспарывая броню. Чёрная кровь брызнула из раны.

Щит тут же развернулся и метнулся обратно. Я выставил предплечье, и «Эгида» с глухим металлическим звоном встала на место.

Василий воспользовался моментом и откатился в сторону, прижимая руку к кровоточащим ранам на рёбрах. Его лицо было бледным, губы сжаты в тонкую линию.

Страж взревел.

Звук был таким громким, что задрожали оставшиеся стёкла в окнах цеха. Красный кристалл вспыхнул настолько ярко, что на мгновение ослепил.

Иллюзии вокруг усилились многократно, но я не обращал на это внимания.

Бесполезно, тварь!

Четыре руки Стража обрушились на меня градом ударов.

Я встретил атаку.

Меч мелькал в воздухе, отбивая удар за ударом. Щит принимал на себя то, от чего я не мог уклониться. Но пот всё же заливал глаза, дыхание сбивалось.

Один из когтей прорвался сквозь защиту и прорезал правое плечо, оставляя глубокую рану от ключицы до бицепса.

Ещё одна неглубокая, но болезненная рана.

Позади донёсся крик. Потом ещё один. И ещё.

Я краем глаза увидел, как группа демонов прорвалась к бойцам, державшим периметр у входа. Трое клановых воинов пытались отбить атаку — техники взрывались в воздухе, создавая багровые вспышки. Но тварей было слишком много, они атаковали со всех сторон одновременно.

Длинные конечности пронзали тела, рвали плоть, ломали кости.

Один за другим бойцы падали.

Первый получил удар в спину — когти пронзили лёгкие. Он захрипел, кровь хлынула изо рта. Второй попытался защититься барьером, но Костелап зашёл со спины и разорвал горло одним движением.

Василий попытался подняться. Его ноги подкосились — рана на рёбрах была слишком глубокой. Кровь текла сквозь пальцы, которыми он прижимал рану. Лицо побледнело до синевы.

Два Сновидца заметили раненого куратора.

Их маски вспыхнули фиолетовым, но зелье всё ещё работало. Свечение померкло почти сразу. Тогда они метнулись к нему, длинные конечности вытянулись вперёд.