— Тогда остальные должны действовать быстрее, — ответил я. — Второго шанса у нас не будет. Все четыре монолита должны пасть сегодня.

Я обвёл взглядом всех присутствующих.

— Связь по рациям, постоянный обмен данными. Как только ваша группа уничтожает монолит — сигнал остальным. Если видите, что кто-то в беде — помогаете, но только после выполнения своей задачи.

Юки кивнул.

Катя подошла ближе, глядя на карту.

— После уничтожения монолитов… Как думаешь, будет уведомление Авалона?

— Не знаю, — кивнул я. — Авалон должен дать координаты главного монолита, как только малые падут, но мы просто их почувствуем. А так… Сам не знаю, чего он молчит.

— Да уж, и в Авалон смысла идти нет. Я когда зелья купил, всё проверил — тишина. И Валька слизало просто, в чате не отвечает…

— Выбора нет, — ответил я, разворачиваясь к столу. — Будем ждать, Авалон ещё покажется, я уверен. Что касается Валька, надеюсь наш громила жив и как-то доберётся до Питера.

— На ковре-самолёте, что ли? — буркнул Димон.

Я положил руки на край стола, глядя на карту города, и на секунду закрыл глаза, приводя мысли в порядок.

Повисла тяжёлая тишина.

Сергей Александрович медленно поднялся из кресла. Его лицо было усталым, но в глазах горела решимость.

— Собирайте свои группы, — приказал он.

Представители кланов начали расходиться, переговариваясь между собой.

Юки подошёл ко мне, когда штаб почти опустел.

— Уверен в выборе? — спросил он тихо. — Невский — действительно самая опасная точка.

— Именно поэтому иду туда сам, — ответил я. — Не могу послать других туда, куда не пойду сам.

Азиат усмехнулся.

— Благородно, но глупо. Мог взять меня.

— Не обольщайся, — я усмехнулся. — Ты силён, дружище, но и у меня берсерк есть. Если что-то пойдёт не так, смогу пробиться.

Юки покачал головой.

— Постарайся не умереть.

Я фыркнул.

Азиат хлопнул меня по плечу и направился к выходу. Да уж, теперь на кону стоят наши жизни и шанса на провал просто нет, потому что переродиться в Авалоне мы не сможем — здесь наши реальные тела.

Наша группа погрузилась в три бронированных джипа клана Демидовых — последний подходящий транспорт, который ещё мог передвигаться по разрушенному городу. Я сел на переднее сиденье рядом с Василием, который вызвался сесть за руль.

Двигатель взревел, и мы тронулись.

Город за окном был неузнаваем.

Улицы, по которым ещё три дня назад текли потоки машин, теперь напоминали поле боя. Разбитые витрины, перевёрнутые автомобили, следы пожаров. Кое-где виднелись пятна скверны и кровь демонов — чёрные язвы на асфальте.

Людей почти не было. Те немногие, кого мы видели, прятались в подвалах или спешили к ближайшим укрытиям. Лица бледные, глаза полны страха.