Я подошёл ближе, встав рядом с Катей. Мне просто надоело. Мы тратили время попусту.

— Потому что война уже началась, — произнёс я чётко, глядя ему прямо в глаза. — Просто ты её не видишь.

Его тяжёлый и оценивающий взгляд переместился на меня. В тёмных зрачках полыхнула плохо скрываемая враждебность. Я видел, как желваки заходили на его скулах.

— «Тыкать» мне будешь? Да ещё указывать, Решетов? — в его голосе прозвучала угроза.

— Указывать? — я усмехнулся. — Нет. Просто констатирую факт.

Юки чуть подался вперёд. Его голос прозвучал спокойно:

— Мы видели своими глазами целую планету, уничтоженную демонами. Миллиарды погибших и скверна, поглотившая всё живое. Города, превратившиеся в могилы и небо, почерневшее от пепла сожжённых душ.

Сергей Александрович фыркнул.

— Байки, — отмахнулся он.

— Это не байки, — голос Кати стал громче, в нём зазвучали нотки отчаяния. Она шагнула к отцу. — Мы были там! Такие же люди как мы потеряли всё — целый мир рухнул!

— И что? — Демидов скрестил руки на груди. — Если это правда, Земля под защитой — у нас есть Титаны. Даже если угроза настолько серьёзная, хоть я в это и не верю, они справятся.

Димон не выдержал. Его смех вырвался так резко, что я обернулся.

— Титаны? — он покачал головой, его обычная беззаботность испарилась, оставив лишь сарказм. — Серьёзно? Дядь, вы вообще понимаете, с чем мы столкнулись?

Лицо Сергея Александровича потемнело. Краска гнева поднялась от шеи к щекам.

— Следи за языком, мальчик, — процедил он сквозь зубы.

— Ну да, ну да, — Димон покачал головой. — Угрожать будете? Ну попробуйте. Мне уже надоел этот цирк. Вы не слушаете собственную дочь, которая буквально умоляет вас поверить ей.

Атмосфера в кабинете уже накалилась до предела. Я чувствовал, как каждый вдох становится тяжелее, как воздух сгущается от взаимной враждебности. Энергия в моём ядре начала пульсировать в ответ на эмоции — медленно и настойчиво, как второе сердце, бьющееся в унисон с яростью берсерка.

Сергей Александрович резко развернулся к столу. Он нажал кнопку на селекторе, его палец вдавился в неё с такой силой, словно хотел проломить устройство насквозь.

— Роман. Немедленно в мой кабинет. Ребятишки решили устроить бунт.

Повисла гнетущая тишина. Только тихое гудение ламп нарушало её. Мы все молча смотрели на него, не шевелясь. Я видел, как сжались кулаки Кати, как Юки положил руку на рукоять катаны, как Олеся отступила подальше от двери — в более удобную позицию специалиста поддержки.

— Думаешь запугать нас своими людьми? — спросил я тихо.

Он обернулся. Его взгляд был холодным и непроницаемым, как сталь.